– Ты же прекрасно понимаешь, что меня там уже никто не ждет, – возбужденно ответила она. – Меня послали сюда не просто так, а чтобы от меня избавиться.
– Понимаю, – он сочувствующе прикрыл глаза. Его рука сама собой потянулась к воительнице с намерением утешить ее, но маг мгновенно пресек этот непроизвольный жест, который она все равно отвергла бы. Вместо этого он на выдохе произнес: – Но давай искать в этом и плюсы. Все не так уж плохо для тебя сложилось. И раз ты теперь здесь, у нас по плану еще встреча с Зейшабом.
– Встреча с Зейшабом? – повторила за ним Неамара. – Только при чем тут я?
– Зейшаб пожелал, чтобы ты присутствовала. Медлить нельзя, встреча начнется с минуты на минуту. – Америус повернулся к Неамаре спиной и вновь ускорил шаг.
– Кто такой этот Зейшаб? – поинтересовалась демонесса.
– Он предпочитает, чтобы его называли куратором или попечителем. Я же считаю его нашим лидером. – Неамара отметила, с каким воодушевлением маг говорил о нем. – Зейшаб – основатель Бастиона свободы. Грех чистых и высоких помыслов. Редкое явление, вдохновившее многих на борьбу за перемены.
– Интересно… – задумчиво произнесла Неамара.
– Зал совета совсем недалеко. Осталось…
Что именно осталось, воительнице было не суждено узнать. С громкими криками в их разговор встрял черный ворон, усевшийся на плечо хозяина. Свистящий вихрь, созданный взмахами крыльев, утих вместе с его докучливым карканьем.
– Вейл! – приятно удивилась появлению птицы демонесса.
– Рыжая бестия! – радостно воскликнул ворон. – А я ведь предвещал, что вы наиграетесь с сердцем моего недальновидного спонсора и пропадете.
– Вейл… – неодобрительно протянул Америус.
«Кто еще с чьим сердцем наигрался…» – пробормотала про себя Неамара.
– Но я рад, что вы передумали, – добавил ворон. – На его траурную рожу уже невозможно было смотреть.
– Умолкни! – нервно сказал ему эльф и фальшиво заулыбался, издав нервный смешок.
– Честное слово! – не останавливался говорливый питомец мага. – Он замучил меня просьбами. Загонял меня, будто своего раба, мотаться то в Демефис, то сюда.
– Последнее предупреждение, или останешься без своих лакомств! – пригрозил ему побагровевший некромант.
– Так я и ничего такого не сказал. Ну, еще свидимся! – произнес воительнице Вейл и упорхнул прочь.
Маг проводил ворона возмущенным взглядом.
– Вредная птица. Ни в какую не поддается обучению и малейшей дисциплине. Впитывает из уроков лишь то, что пожелает, – вздохнул некромант, томно обращая глаза к затянутому грозовыми тучами небу.
– Все мы такие… – усмехнулась Неамара, продолжая идти за магом после столь неожиданно приятной остановки.
Когда Неамара очутилась в совещательном зале, он показался ей необычным из-за полного отсутствия углов. Зал был круглым, с колоннами и сводчатым потолком. Даже монументальный стол, выполненный из обтесанных древних ископаемых, копировал плавные контуры помещения. Прямо из пола в зале совета произрастали семь костяных кресел. Сдвинуть их было невозможно, впрочем, как и сам стол: все они были заранее спроектированы и вытесаны вместе с залом. Неамара знала, что такое число мест было выбрано неспроста, с надеждой, что когда-то на них будут сидеть и защищать взгляды своего народа представители каждой из семи рас. Пока же было занято всего два кресла, еще на двух разместились Америус и Неамара. «Может, Америус и постоянный член совета, кто знает?» – размышляла воительница. Задумку с обтекаемыми очертаниями демонесса тоже поняла: форма стола должна подчеркнуть равное положение всех сидящих за ним. Все тут заявляло о главной идее их движения – свободе, силе народного суверенитета и единстве греховных рас. «До чего же наивная, несбыточная мечта…» – ухмыльнулась Неамара и тут же напряглась, подумав, что ее скептическое отношение могло отразиться на лице.
