И правда — я увидел, что почти вся верхняя часть тела Итена, не скрытая одеялом, была замотана бинтами. Повязка так же была и на голове, словно у него было сотрясение или рана, как у Рэя. На животе, чуть ниже места, где находится печень, на бинтах темнело кровавое пятно.
— Угодил под взрывную волну, — услышал я голос Маркуса и обернулся.
— Взрывную… Так значит, он был рядом с машиной, когда она взлетела на воздух!
Маркус кивнул и критично оглядел Итена:
— Удачливый у тебя друг, Уилсон. Если бы он стоял чуть ближе к машине, умер бы на месте, как второй бедолага. А так у него всего лишь ожоги, парочка сломанных ребер, легкое сотрясение мозга и рана на боку от шальной железяки. Ну и брови опалил, но это меньшая из бед.
— Всего лишь?! — повторила изумлённая Конфетка. — Да он же… Да он же едва живой!
Маркус хмыкнул и произнёс:
— Хватит уже мученика из себя строить, Англер. У тебя глаз дергается и улыбка на пол-хари.
С койки послышалось старательно сдерживаемое фырканье, а потом знакомый голос разочарованно произнес:
— Всё то ты испортишь, док…
— Итен! — радостно воскликнула Конфетка. — Что случилось?! Почему твоя машина взорвалась?
Итен, морщась, сел на кровати поудобнее и сказал:
— Это было подстроено. Взрывчатка в салоне машины. Стоило открыть дверцу — и бах!
— Как же ты остался жив? — взволнованно спросил Рэй. — И кем был тот умерший парень?
— Один сопляк, — Итен махнул рукой и зашипел, потирая рёбра. — Прибился ко мне в шестёрки пару дней назад…
Я молча стоял и смотрел на Итена, не участвуя в оживленном разговоре. Он то и дело поглядывал в мою сторону, но продолжал болтать с ребятами.
— Почему ты ушёл из квартиры неделю с лишним назад? — спросил я наконец. Рэй и Конфетка тут же затихли, тревожно посмотрев на меня. Итен взглянул на меня, перестав улыбаться.
— Были причины, — негромко ответил он. — Эй, Ларри… — он замолк, словно продумывая продолжение фразы. — Короче, думаю, я должен попросить прощения за тот обман, — закончил он, почесав бинты на затылке. — Я тут подумал на досуге, хорошенько подумал… И решил, что всё-таки поступил с тобой не по-дружески. Так что ты уж прости дебила, за его тупые шуточки, — Итен с виноватой улыбкой взглянул на меня. — На колени встать не смогу, не обессудь — мне бы с кровати подняться сперва…
Я мрачно уставился на него, скрестив руки на груди. Рэй и Конфетка взволнованно поглядывали на нас и молчали.
— Да уж, ты настоящий дебил, Англер, — наконец, сказал я. — Эх… Уже забыто. И ты… извини, что я тогда ушёл, бросил тебя на улице. Может, если бы я остался, такого бы с тобой не случилось, — я покосился на бинты.
Послышался облегченный вздох от ребят, а Итен, широко улыбаясь, протянул мне руку:
— Да это фигня! Ларри, дружище, лучше иди сюда! Давай пожмём друг другу руки и забудем всё плохое!
— Хорёк ты облезлый, — усмехнулся я, но подошел и пожал его руку.
— Не облезлый, а чутка поджаренный! — шутливо возмутился Англер. Он похлопал меня по плечу, улыбаясь: — Чертяка, соскучился я по твоей унылой роже…
— Помолчал бы, — хмыкнул я. Что сказать… Я тоже был рад тому, что мы помирились.
— И всё-таки, может, скажешь, где ты шлялся почти неделю? — спросил я, когда веселье немного успокоилось. — К твоей квартире постоянно приходили какие-то типы и колотили в дверь. Ребята до того были запуганы, что Рэй на меня чуть с ножом не кинулся, когда я вернулся.
— Ты преувеличиваешь… — пробормотал красный, как помидор брат.
— Прям с ножом? — хмыкнул Итен и посерьёзнел. — Стучали, значит… Плохо дело. Какая-то тварь слила информацию о моей берлоге. Ну да ладно, с этим мы еще разберемся. А насчёт недели… — Итен неожиданно смущённо хохотнул: — Ну, я это… Короче, с девчонкой познакомился, еще до того, как мы повздорили с Ларри… А после нашей драки настроение было херовее некуда… Завалился к девчонке на хату, и несколько дней мы оттуда не выходили.
— Да ты издеваешься?! — возмутился я. — Кобель чёртов! Я тебя искал, думал, что-то серьёзное случилось, а он с девками кувыркался!
— Простите, ребята, простите! .. — Итен поднял руки вверх, будто сдаваясь. — Я бы позвонил, но у вас же телефона не было…
— Потому что один ты разбил той ночью, — едко вставила Конфетка.
— Ну да… — Итен виновато хмыкнул. — Кругом я, идиот, напортачил…
— Ладно, не об этом сейчас. Что за шестёрка-то, Итен?
— Без понятия, — Англер откинулся на подушку. — Ох, голова кружится… Прибился ко мне в баре, когда я ушёл от той ненасытной. Я как раз собирался возвращаться в квартиру, но тут он ко мне подсел, и давай болтать — мол, ты, Чёрт и крут, и опасен, и вообще он слышал, что место помощника освободилось, — Итен хмыкнул. — В общем, напросился ко мне в шестёрки. Ну я бухой был, добрый, вот и разрешил ему ходить за мной хвостом. А потом мне позвонил Дон…
— Кто? — переспросил я.
— Ну, Дональд, парень с которым мы ездили на стрелку к Винсу…
— А, ясно. Ну и?
