— Куплю дом и машину… — поддержала мою шутку Конфетка и, не выдержав, рассмеялась. Я с ухмылкой вытащил сигарету и покосился на брата. Рэй сидел, задумчиво улыбаясь. Он явно не слушал нашу трепотню, погруженный в свои мысли.
— Кей, — вдруг сказал он тихо. — Отведёшь меня на могилу Эллиота?
— Сегодня? — я удивленно посмотрел на него. Рэй кивнул.
— Мы всё равно ничем не заняты, — сказал он.
— Ну… — протянул я, задумавшись. — Ладно, поехали. Ты с нами? — я уставился на девушку. Та покачала головой:
— Не люблю кладбища. Давайте как-нибудь без меня…
И правильно. Без неё лучше.
Мы собрались, и я сказал Конфетке перед уходом:
— Ну ты и сама знаешь, дверь никому не открывай. Если вдруг будут ломиться, звони Максиму, — я отдал девушке свой телефон. — Узнаю, что ты в нём копалась — получишь, — сурово предупредил я.
— Больно надо! — Конфетка хмыкнула и сунула мобильник в карман. Подошла к Рэю и, не смущаясь меня, поцеловала его и погладила по голове: — Будь осторожнее.
— Хорошо, — еле слышно ответил покрасневший брат. Я отвернулся, пряча ухмылку. Двадцать с лишним лет парню, а он всё ещё реагирует на нежности как ребенок.
Мы, оглядевшись, вышли из подъезда и торопливо направились к остановке. В автобусе, Рэй молча уселся рядом со мной и начал разглядывать свои ботинки.
— Боишься? — тихо спросил его я. Брат помотал головой, глядя в пустоту:
— Скорее, волнуюсь.
Мы вышли недалеко от кладбища и не спеша направились туда. Я, немного поплутав, привёл Рэя к могиле Дейвиса. Брат сделал к ней пару шагов и неловко замер, разглядывая серое надгробие. Я услышал его шёпот:
— «Здесь покоится любящий и любимый муж и отец, отличный друг и просто хороший человек, Эллиот Дейвис»… «Спи… Спокойно»…
— Теперь он не причинит нам зла больше, — сказал я негромко. Рэй через силу кивнул. Я заметил, что его бьет озноб.
— Успокойся, — я дотронулся до его плеча, и с удивлением увидел, что Рэй криво улыбается.
— Лучше… Подарка на наш День Рождения и не придумаешь, правда? — спросил он, горько ухмыляясь.
— Правда, — негромко хохотнул я.
«Это мой подарок тебе, Рэй», — подумал я. — «Надеюсь, он тебе по душе.»
— Кларенс? — услышал я вдруг удивленный голос, и резко обернулся.
Перед нами стояла Моника в темной одежде. Лицо девушки было серым от горя и усталости. Когда она увидела Рэя, ее глаза расширились от изумления.
— Кларенс… — растерянно произнесла она. — Ты не говорил… Что у тебя есть брат…
— Не видел смысла рассказывать, — холодно ответил я.
— Рэй… монд, — смущенно представился брат. — Я Рэймонд Уилсон.
— Моника Лэйн, — растерянно ответила девушка. — Вы… Так похожи. Просто одно лицо.
— Мы близнецы, — неловко объяснил Рэй, косясь на меня. Я молчал, даже не смотря в сторону девушки.
— Кларенс, — тихо произнесла она. — Я…
— Только не начинай снова ныть, я тебя умоляю, — перебил её я. — Я больше не хочу тебя видеть, надеюсь, ты это понимаешь? И не звони мне больше. Это раздражает.
— Хорошо, — девушка опустила голову, но я заметил повлажневшие глаза. — Кстати… Я уволилась. Так что, на работе я больше не буду появляться. Слишком много незаконченных дел осталось после папы. Теперь мне придется заниматься ими.
— Рад это слышать, — прохладно ответил я.
— У тебя все хорошо? — тихо спросила она.
— Лучше некуда, — я повернулся к брату: — Идём, Рэй. Тут нас делать больше нечего.
— Угу… — брат торопливо последовал за мной, когда я прошел мимо молчащей Моники. — До свидания, — еле слышно пробормотал брат девушке, не смотря на неё. Та не откликнулась, глядя на могилу своего отца.
— Она… На него похожа, — выдавил Рэй, когда мы отошли на приличное расстояние. — Очень…
— Теперь ты понимаешь, почему я не могу находиться рядом с ней, — сказал я. Брат медленно кивнул.
— Она страдает, — вдруг, тихо произнёс он.
— Мне это в радость, — заявил я спокойно. Рэй взглянул на меня с укором и грустью, но промолчал, покачав головой.
— Едем домой, — сказал он и замолчал.
Рэй не произнес ни слова до самой квартиры. И когда мы вошли, он молча прошел мимо нас и скрылся в комнате.
— Что стряслось? — встревоженно спросила меня Конфетка.
— Он переживает, наверное, — ответил я.
— «Наверное»! — сердито передразнила меня девушка. — Придурок, какой же ты ему брат, если не можешь понять, что у него на душе?
— Ну так иди к нему и успокой, если понимаешь, «что у него на душе», мисс психолог-недоучка, — раздраженно ответил я и ушел на кухню. Девушка возмущенно открыла рот. Очнувшись, она назвала меня «дебилом» и ушла к Рэю. Я шлепнулся на стул и устало уставился в потолок. Что ж, Моника теперь оставит меня в покое. Можно без проблем ходить на работу. Главное, не нарваться на людей Винсенте.
Уловив негромкие голоса из комнаты, я покосился на приоткрытую дверь. Помедлив, я поднялся и тихо подошёл.
