Семь камней полностью

– Не надо находиться близко от губернатора. Держитесь подальше, насколько можете. Он скоро… ну… с ним случится что-то плохое. Скоро. Он… – Слуга замолк, вероятно, сообразив, что его могут уволить – если не хуже – за такие слова о губернаторе. Впрочем, Грея очень заинтересовало такое сообщение, и он сел и жестом велел Родриго тоже сесть, что тот сделал с явной неохотой.

Кто бы ни был этот обиа, подумал Грей, он несомненно обладал властью, раз заставил Родриго сделать то, что тот явно не хотел. Лицо парня блестело от пота, он крепко сжимал лежавшие на коленях руки.

– Расскажи мне, что сказал этот человек обиа, – спросил Грей, наклонившись вперед и пристально глядя на парня. – Я обещаю, что не скажу никому.

Родриго испуганно сглотнул, но закивал. Он наклонил голову и поглядел на стол, словно хотел найти нужные слова, написанные на деревянной столешнице.

– Зомби, – еле слышно пробормотал он. – Зомби придут за ним. За губернатором.

Грей не имел представления, что такое зомби, но парень произнес это слово таким тоном, что у Грея побежали по спине мурашки, неожиданно, словно дальняя молния.

– Зомби, – повторил он. Вспомнив недавнюю реакцию губернатора, он спросил: – Зомби – это что, какие-нибудь змеи?

Родриго ахнул, но потом немного успокоился.

– Нет, саа, – серьезно проговорил он. – Зомби – это мертвые люди. – Он встал, торопливо поклонился и ушел, выполнив свою миссию.

Понятное дело, что после этого визита Грей не мог заснуть.

Он сталкивался с немецкими ночными ведьмами на помеле, с индейскими призраками, он прожил пару лет на Шотландском нагорье и больше других сталкивался с самыми причудливыми предрассудками. И если он не собирался моментально верить местным поверьям, то не собирался также и сбрасывать их со счетов. Такие поверья заставляют людей делать вещи, которые они не делали бы при иных условиях, – и будь то поверье обоснованным или нет, все равно действия убежденных в его справедливости людей бывают вполне конкретными.

Как бы там ни было, зомби, обиа, – ясно одно, что губернатору Уоррену что-то угрожало, и Грей даже догадывался, что губернатор знал, что это могло быть.

Но насколько реальной была угроза? Он погасил пальцами огонек свечи и с минуту сидел в темноте, пока не привыкли глаза, потом поднялся и неслышно подошел к французским дверям, за которыми скрылся Родриго.

Гостевые комнаты Кингс-Хауса представляли собой просто цепочку коробок с французскими дверями, открывавшимися на длинную террасу. Грей выждал немного и протянул руку к муслиновой занавеске; но тут же спохватился, что, если какие-то люди наблюдают за его комнатой, они увидят, что ткань отдернута.

Вместо этого он повернулся и прошел к внутренней двери. Та открывалась в узкий коридор, теперь совершенно темный – и совершенно пустой, если он мог доверять своим органам чувств. Он тихо закрыл дверь и оглянулся через плечо на французские двери. Интересно, подумал он, что Родриго пришел к передней двери, хотя мог подойти к Грею незаметно.

Но Родриго сказал, что его прислал некий обиа. Ясное дело, он хотел, чтобы видели, что он выполнил его приказ. В свою очередь, это означало, что, скорее всего, кто-то наблюдал за ним.

Логично предположить, что те – или тот – люди теперь смотрят, что Грей предпримет дальше.

Его тело уже сделало собственные выводы, рука потянулась за бриджами и сорочкой еще до того, как он решил, что если что-то вот-вот случится с Уорреном, то его долг это предотвратить, зомби там или не зомби. Он, не прячась, вышел из французских дверей на террасу.

Как он и ожидал, на каждом конце террасы стояли часовые: Роберт Черри никогда не забывал о таких вещах. С другой стороны, эти болваны даже не видели, как Родриго вошел в его комнату, и Грей был крайне недоволен ими. Впрочем, с разносом он подождет. Ближайший часовой увидел его и резко окрикнул: «Стой! Кто идет?»

– Это я, – кратко ответил Грей и без лишних разговоров отправил часового с приказом к другим солдатам, стоявшим вокруг дома, чтобы те были начеку, потом послал двух человек в дом – ждать в холле, пока их не позовут.

Затем Грей вернулся к себе и прошел по темному служебному коридору. За дверью в конце него он обнаружил дремлющего чернокожего слугу, присматривавшего за огромными медными котлами, в которых грели горячую воду для всего дома.

Слуга заморгал и вытаращил глаза, когда Грей потряс его, но тут же кивнул в ответ на требование показать ему спальню губернатора. Он привел Грея в главную часть дома, а там они поднялись по темной лестнице, освещенной только лунным светом, лившимся сквозь высокие окна. На верхнем этаже все было спокойно и тихо, не считая медленного, размеренного храпа, доносившегося из-за двери, где, по словам раба, спал губернатор.

Слуга покачивался от усталости и зевал так, что мог вывихнуть челюсть. Грей отпустил его, приказав прислать наверх солдат, которые будут теперь стоять возле двери. Тот заковылял по ступенькам вниз, в темный холл. Грей надеялся, что он не споткнется и не сломает себе шею. В доме было очень тихо. И все же…