Семь ключей к современному искусству полностью

Хотя Смитсон занял позицию отстраненного социолога, использованная им в описании Спиральной дамбы риторика в значительной степени опиралась на старые и довольно избитые идеи, связанные с мифом о вдохновенном творце, создающем свой шедевр среди возвышенного пейзажа. Но, лишь недолго просуществовав как бесцельный, автономный и чужеродный объект, намеренно расположенный в труднодоступном и сопротивляющемся музеефикации месте, дамба была без труда ассимилирована и «одомашнена» арт-индустрией.

Облегчение доступа к сооружению Смитсона путем установки указателей на близлежащих шоссе и других подобных мер лишило ее романтического ореола недосягаемости. К Спиральной дамбе, когда-то считавшейся заведомо недоступной, потянулись тысячи туристов. Мало того: доступными для созерцания удалось сделать даже сами следствия энтропии, в которой Смитсон усматривал мощный вызов доминирующей институционально-управленческой идеологии. С 2012 года Фонд Dia Art документирует изменения Спиральной дамбы с помощью аэрофотосъемки в мае и октябре каждого года. Результаты можно наблюдать онлайн.

Сегодня Спиральная дамба выглядит отнюдь не столь впечатляюще, как в фильме Смитсона или на фотографии, воспроизведенной в начале этого текста. Ее связь с окружающей территорией и ее трансформацию под действием энтропии удалось значительно приглушить или даже нейтрализовать. Подавляющее большинство зрителей знакомится со Спиральной дамбой по фотографиям, которые вырывают ее из течения времени, обрамляют и превращают в эстетический объект. Таким образом, первоначальные намерения художника оказались перечеркнуты. Теперь Спиральная дамба – это прежде всего достопримечательность, известная по фотографиям и текстам. Она не столько реализует заложенный в ней смысл, сколько указывает на него. Она стала всего лишь одним из объектов исследования истории искусства.

Многочисленные фотографии и теоретические работы благополучно вписали Спиральную дамбу в институциональную классификацию, где она обрела свое место в стандартных категориях возвышенного пейзажа, подвига самовыражения, духовного очищения или самоотверженного творчества. Поэтому нам остается только гадать, что осталось в ней от первоначальных намерений Смитсона теперь, когда, испытав весь спектр климатических воздействий, она взята под опеку и превращена в произведение искусства, стоящее в одном ряду с прочими художественными объектами.