Об интимной жизни для кронпринца теперь не шло и речи. Из-за своих небывалых размеров он не мог иметь дела ни с одной женщиной. А это, в свою очередь, означало, что у Анселя не будет детей. Поскольку прежде он не успел таковыми обзавестись, это означало, что у его высочества никогда уже не будет прямых наследников. Что понижало его собственные шансы наследовать престол у Эдбальда.
Принца осматривали и врачи, и маги, но ни один из них не смог исцелить наследника от внезапно настигшего его недуга.
Третий уровень глубины плохо подходит для убийства. Убийства и не было. Как не было ранения или нарушения физиологической целостности. И не существовало в законе статьи, которая предусматривала бы то, что случилось.
Орвин все-таки явился спустя примерно неделю после описанных выше событий.
– Тебя хочет видеть отец, – долго не затягивая, сообщил он.
Что ж, раньше или позже это должно было случиться. Не торопясь, я пристегнула к ремню флягу с Хашем, убедилась в том, что в сумке лежит зеркальце, и прошла к полке, на которой стояла шкатулка.
– В кандалах или сразу на виселице? – небрежно полюбопытствовала я, выдвигая верхний ящичек и извлекая оттуда крупный перстень.
– Он хочет поговорить, – поморщился Орвин.
Я приподняла брови, выражая тем самым некоторые сомнения, и надела кольцо на средний палец.
Слишком массивное, слишком тяжелое. Зато при желании очень легко задействовать пружину и откинуть крышку, под которой скрывается маленькое круглое зеркальце. Весьма полезная штука в некоторых обстоятельствах.
– Увидишься с Кейлом Грантом – передай ему от меня спасибо, – обронил принц по дороге.
– За что? – удивилась я.
Нет, конечно, Орвину было за что благодарить декана факультета стихий: как-никак тот предоставил ему убежище в сложный момент. Но о том случае все давно было сказано, и в истории, как мне представлялось, давно поставили жирную точку.
– Как? Ты разве не знаешь?
Орвин замедлил шаг. Его прежнее, серьезно-сосредоточенное настроение сменилось искренним удивлением.
– О чем? – нахмурилась я.
Полагаю, это был тот случай, когда встречный вопрос можно считать исчерпывающим ответом.
– О письме. – Принц поколебался, как видно, засомневавшись, стоит ли просвещать меня на этот счет. Но затем решил, что, сказав «а», негоже не говорить «б», и пояснил: – Это ведь Кейл известил меня, что ты поехала из института во дворец. Он отправил мне записку с посыльным. Написал, что беспокоится, поскольку тебя вызвали уж очень внезапно, и попросил проследить. Поэтому я тогда тебя и искал.
Мне оставалось лишь приподнять брови и издать некое изумленное «хм». О роли Кейла в своевременном появлении Орвина я даже не подозревала: сам декан ни разу на это не намекнул. Погруженная в размышления, я и не заметила, как мы добрались до дворца.
Удивительно, но в этот раз я оказалась не права: меня действительно вызвали исключительно для разговора. Эдбальд нервозно походил туда-сюда по комнате, затем уселся в кресло и зна́ком предложил нам с Орвином поступить так же.
– Я не стану расспрашивать тебя о том, что произошло во дворце неделю назад, – приступил он, сцепив пальцы. – Общее представление имею, детали меня не интересуют. Не стану также интересоваться, обусловлен ли твой поступок самозащитой. Мне хорошо известно, что нет. К моменту, когда ты применила магию, тебе ничто не угрожало.
– Это еще надо доказать, – спокойно заметила я, имея в виду скорее факт применения магии, чем сопутствующие обстоятельства.
– Мне ничего не надо доказывать. – Эдбальд отмахнулся от моего протеста, как от назойливой мухи. В общем, правильно сделал. Он – король, что ему какие-то там доказательства? – Обвинять тебя я тоже не собираюсь, – продолжал он. – Мой старший сын… вырос не совсем тем человеком, каким следовало. Но речь сейчас не о моих семейных разочарованиях, не о твоих проступках и даже не о соблюдении закона. Мы говорим о будущем Эльмиррского государства. И потому я спрашиваю: реально ли дать обратный ход твоему заклинанию?
Предметного разговора я не ожидала, поэтому вопрос Эдбальда застал меня врасплох. Впрочем, все логично. На протяжении минувших дней они наверняка перепробовали все возможности – лекарей, магов (включая и зеркальных), бабок-знахарок… В итоге решили вернуться к той, с кого все началось. Вот только она, наподобие злой ведьмы из сказки, совершенно не собиралась отменять назначенное обидчику наказание. Впрочем, дело было не только в этом…
