— Да… Положил я глаз на одно мусорное ведро, но, боюсь, наши пути никогда не пересекутся.
— Как ты отреагировал, узнав, что Мифи лесбиянка?
— Порадовался за все мужское население планеты. Поплакал — за женское. Держитесь, девчонки, я с Вами!
— А какие-нибудь более… Хм… Обыденные мечты тебя посещали?
— Разве что совсем банальные.
— Например?
— Спасение человечества.
— Ну это, как я понимаю, ты проделываешь почти каждый день.
— И, как видите, результативно!
— Что-нибудь еще?
— Хочу научиться вышивать крестиком.
— Так научись, что тебе мешает?
— Здравый смысл.
Зуо и Тери
— Зуо, а какие тебе девушки нравятся?
— Никакие!
— Парни?
— Нет.
— Животные?
— Блять, насекомое, нет!
— Дети?
— УБЬЮ!
— ТРУПЫ???
— Ты сейчас сам в труп превратишься!!! — себе под нос, — видимо, мне нравятся инопланетяне, — имеет в виду Тери.
— Зуо! А представь, если бы мы поженились!
— Не рискну.
— Боишься перевозбудиться и…
— Боюсь не сдержаться и вкрутить тебе в задницу лампочку. Раскалённую.
— Лампочку? Обычно своих «дружнов» парни называю проще. Стив. Грег. Абсолентий.
— Зуо, а тебе снять кошмары?
«Самый жуткий кошмар в моей жизни — это ты…»
«Вот что любовь с человеком делает!» — мечтательно подумал Тери, наблюдая, как Зуо засовывает его ноги в тазик с цементом.
Тери и Мифи
— Слушай, а если бы я был девушкой…
— Я бы тебя трахнула!
— Я не об этом хотел спросить!!!
— Ответ был бы тем же…
— А если бы я был девушкой… Без ног?
— Удобно!
— Мифи!
====== Третий круг Ада: 25. Кто такой Глоу ======
ЧО
Некоторые люди — прирожденные актеры. Один взгляд, один жест — и как дурак ведёшься на каждое сказанное ими слово, расстраиваешься, радуешься или переживаешь гамму эмоций, веря всему, что тебе так искусно преподносят. Но и у подобных талантов есть слабое место. Они могут менять лица, голоса, характеры, играть словами и интонациями, но способны ли эти обманщики контролировать сердцебиение? Кто-то, возможно, достигший самых вершин актерского искусства, способен и на это. Но не ты, Зуо. Не ты.
Когда я разместился на мотоцикле за спиной у сэмпая, как обычно обняв его за пояс и с откровенным наслаждением упершись лбом в его спину, я с мазохистским удовольствием взялся терзать себя мыслью о том, что те чувства, что якобы испытывает ко мне Зуо, я сам же и придумал. Принял желаемое за действительное, как говорится. Но мощное сердцебиение сэмпая, что я ощутил даже сквозь его куртку, нашептало мне истину. Дабы убедиться в достоверности своей догадки, я прижался к Зуо сильнее, невольно вдыхая приятный и еле уловимый запах какого-то наверняка жутко дорогого одеколона, и ощутил, что сердце у сэмпая заколотилось сильнее прежнего. Конечно мою драгоценную любовь могли волновать и более насущные проблемы: например, смертельный бой, о котором они пару минут назад говорили с Яном, или угроза со стороны Серебра захреначить в его мягкую ягодичку пару дротиков со снотворным. Но кого мы обманываем?! Единственной причиной этого пульса оставался я, я и никто кроме меня!
- Прекрати ко мне липнуть, – раздраженно фыркнул сэмпай, подобным поведением лишний раз подтверждая мою догадку.
- Не прекращу! Я боюсь слететь с мотоцикла!
- Мы еще с места не сдвинулись.
- Я боюсь наперед, на всякий случай!
- Если ты сейчас же не отпустить меня…
И здесь я не удержался.
- Никогда не отпущу, – томно прошептал я сэмпаю на самое ухо, за что мгновенно получил локтем по селезенке. Ощущения, поверьте мне, непередаваемые.
- Господи, да чего ты так бесишься? – возмутился я, потирая ушибленное место.
- Не жмись ко мне, – настаивал сэмпай. Посмотрите-ка, какие мы нежные.
- Не буду прижиматься, если не будет страшно, – я, между прочем, тоже упорный парень.
- Хорошо, – Зуо произнес это с такой интонацией, что мне невольно захотелось извинить перед ним за то, что я когда-то посмел появиться на свет. – Я поеду медленней, – тем не менее, пообещал сэмпай. Я ушам своим не поверил. Того и гляди, последних тактильностей лишат! Этого я допустить не мог!
— А что такое? Ваше Величество не терпит прикосновений простолюдин? – проговорил я ехидно, стараясь спровоцированы сэмпая.
— Именно! — вопреки моим ожиданиям охотно согласился Зуо и в подтверждении своих слов ударил меня локтем повторно, будто бы демонстрируя мне границы, за которые заступать мне не следовало. Любовь любовью, а ребра жалко. Я отодвинулся от сэмпая насколько мне это позволяла длина моих рук. Отпустить Зуо и вовсе, не позволила жажда жизни, все же сэмпай водил мотоцикл далеко не как пугливая домохозяйка восьмидесяти лет. Наоборот, я бы не удивился, если бы узнал, что на самом деле Зуо эпилептик, которого настигают приступы каждый раз, как он садиться за руль любого вида транспорта.
Удовлетворившись парой сантиметров, что появились между нами, сэмпай наконец завел мотор, и мы сдвинулись с места.
