«Есть Активация F"unf Buchstaben» — вторил ему металлический голос компьютера. Послышался тихий гул, пять из восьми капсул тронулись с места, мощные подъемники извлекли их из своих ячеек и разместили всего в паре сантиметров от того места, где стоял ученый. Без единого звука одна металлическая панель за другой начали разъезжаться, освобождая тем самым стеклянные капсулы, что были ими защищены. В капсулах же покоились пять совершенно идентичных андройдов — девушек с белоснежной фарфоровой кожей, непроницаемыми черными глазами и длинными волосами, доходящими девушкам до пояса. Лишь одно их различало — цвет волос.
— Эй, Би, Си, Ди, Эф… Мои куколки, — заулыбался ученый, подходя почти вплотную к одной из стеклянных капсул и всматриваясь в лицо андройда под кодовым именем Эй. Ее волосы были седые, а на лице всегда была отображена глубокая сосредоточенность.
Капсулы были заполнены специальной прозрачной жидкостью, которая питала и заряжала андройдов, сейчас же эта жидкость медленно сливалась в специальные отсеки. Когда процедура была завершена, прозрачные стенки капсулы поползли вниз, окончательно освобождая девушек из своих оков.
— Профессор, информацию о том, что вы хотите убить Зуо с помощью F"unf Buchstaben, я слил Инфу пару минут назад! — выкрикнул худенький белесый паренек, вбежав в лабораторию. Естественно почти тут же он споткнулся в проводах и упал на пол, и окончательно запутавшись, стал походить на гусеницу в коконе.
— Молодец, — сухо бросил профессор, заулыбавшись шире. Этот пронырливый Инф! Везде и всюду найдет тех, кто будет продавать ему самую засекреченную информацию! И, конечно же, он даже не догадываеться, что иной раз предатели могут подставить и его самого. Этот парнишка, имени которого учёный даже не знал, поставлял Инфу информацию несколько лет, и за это его стоило бы убить, но профессору показалось куда забавнее сначала воспользоваться его услугами. Он пообещал мальчишке все простить, но при условии, что он в следующий раз сольет Инфу ту информацию, разглашение которой было бы ученому на руку.
— Профессор! — тем временем почти пропищал парнишка, привлекая тем самым к себе внимание, — а зачем вы решили раскрыть такую информацию, не лучше ли…
— Молчать! — брезгливо бросил мужчина, наблюдая, как пять обнаженных девушек спускаются из капсул на пол и оглядывают друг друга. — Что ты можешь понять в тонкостях подобной игры! Думаешь, мне будет интересно смотреть на труп сего объекта? Я не просто хочу, чтобы мои крошки убили Зуо… О, нет, я хочу видеть его страх! Я хочу наблюдать, как крыса побежит с тонущего корабля, не понимая, что сбежать не удастся! Я хочу видеть ужас в его глазах! Я хочу, чтобы он до последней секунды цеплялся за свою ничтожную жизнь и верил в спасение! Хочу! Отчаянье! Страх! Неизбежность! Понимаешь ли ты меня? — внезапно обратился профессор к парнишке, смотря на него сверху вниз. И от этого взгляда у мальчика побежали мурашки по коже.
— Я… Я не знаю, — заикаясь, пробормотал он, чувствуя, что творится что-то неладное и ему стоило бы уже уйти из лаборатории, но провода, опутавшие его ноги, упорно не хотели отпускать парня.
— Эй, — тем временем позвал ученый андройда, — убей его, больше он нам не понадобится, — тихо приказал он. Но парнишка услышал каждое его слово. Он попробовал встать на ноги, но ему это не удалось, поэтому он лишь неуклюже отполз к самой двери, смотря на профессора с нескрываемой мольбой и ужасом:
— П-профессор! — воскликнул он, стараясь вжаться в стену, с каждым новым шагом обнаженной девушки в его сторону. — Вы же сказали, что я прощен! — воскликнул он, осознавая, что его уже ничего не спасет, но еще надеясь на мнимое великодушие профессора.
— Вот! — в ответ на это развел руками мужчина, широко улыбнувшись, — Вот об этом я и говорил! Твои глаза! О Боже, как они прекрасны в этот миг! — пропел он, — Эй! Я хочу их! Хочу эти глаза!
— Да, старый маразматик, — кивнул андройд, уже подойдя к мальчишке, взяв его за шею и подняв над полом.
— Эй, Я не старый маразматик, я твой создатель, — кашлянув, пояснил ученый.
— Да, создатель старый маразматик, — кивнул андройд, сжимая шею мальчика так, что тот начал задыхаться.
— Нет! Стой! Сначала глаза! После его смерти они станут совсем другими! Они нужны мне сейчас! — торопливо объяснил профессор.
