— Ты шутишь? Я думала, что уж у кого, а у Зуо-то хватит мозгов не принимать эту дрянь! — тем временем начала возмущаться Нэйс, заставив тем самым Инфа вернуться из путешествия по своим воспоминаниям в суровую реальность.
— Да может быть, и хватило бы. Если бы не это, как ты его назвала, Серое Нечто.
Глаза Нэйс стали еще больше:
— Только не говори…
— И не скажу! А то мне голову проломят! — ухмыльнулся Инф, поднимаясь на третий этаж. Нэйс не отставала от него ни на шаг.
Комната, в которую Инф поселил Зуо и Тери, находилась в конце длинного коридора, но едва поднявшись на третий этаж, Инф тут же четко услышал отборный мат Зуо.
— Кого это он так поливает? Неужели мальчишку? — удивилась Нэйс.
— Все может быть… — пожал Инф плечами, чувствуя, что чем ближе подходит к комнате, тем больше звереет.
— Правило №0569 — вы должны уважительно относиться ко всем окружающим, включая программы, это будет занесено в протокол.
— Посрать мне на этот протокол!
— Правило №2376…
— Да слышали уже! — взвыл Зуо, со злости ударив браслет об стену.
— О-о-о… Правая не функционирует, так ты и левую руку решил в расход пустить, — ехидно заметил Инф, заходя в комнату.
— В каком это смысле? — насторожился Зуо.
— Раздевайся, — бесцеремонно приказал Инф.
— Чего?
— Не «чего», а раздевайся! А этот придурок, кстати говоря, должен был придти в себя еще полчаса назад и наверняка уже давно в сознании, просто пускает слюни тебе на колени! — кивнул в сторону Тери Инф. Зуо аж побагровел от злости, внезапно положил два пальца на пульс Тери, а затем тихо зашипел ему на ухо:
— Если все это правда, и ты, сука, действительно был в сознании, то я… Твою мать! Насекомое! Я убью тебя! — естественно, при угрозе Зуо пульс Тери участился и этим выдал юного гения. Парень тут же поднялся с колен Зуо, даже умудрился увернуться от его удара, но при этом свалился с кровати. Послышался тихий болезненный стон…
— Эй! Чего ты так разозлился-то?! Ну, пришел я в себя, и что из этого? Мне по-прежнему плохо! Хотелось полежать еще чуть-чуть, тебе жалко, что ли? — возмутился я, поднимаясь на ноги и потирая ушибленную голову. Ох, голова моя, голова, что же ты-то у меня всегда так страдаешь? Наверняка это мировой заговор по моему отуплению. Ха! Я слишком умен для этого мира! Яху!
— Ты! ТЫ! — Зуо буквально затрясло от гнева.
«Да-да, когда ты меня поцеловал, я тоже был в сознании!» — у меня так и чесался язык сказать что-нибудь эдакое, но чувство самосохранения, придя в себя, решило немного поработать.
— Разосретесь позже, а сейчас, Зуо… раздевайся, — остудил вновь было вспылившего Зуо Инф.
— Эй! Это моя фраза! — начал было возмущаться я.
— А ты вообще заткнись! — так же грозно прорычал Инф, — Ну? Тебе нужно особое приглашение? Быстро снимай с себя эту чертову рубашку!
Зуо почему-то молча смотрел на этого рыжеволосого парня и не шевелился.
— РАЗДЕВАЙСЯ!
— Никому не позволю на меня орать, — сухо бросил Зуо, буравя Инфа взглядом.
— А мне плевать, что и кому ты там не позволишь! Если ты остался тем же идиотом, которым и был, с этим уже ничего поделать нельзя!
— Кого ты назвал… — атмосфера накалялась.
— Зуо! Ты опять пил эту дрянь! Покажи, твою мать, свою правую руку! — уже откровенно заорал Инф, при этом щеки его раскраснелись, глаза стали шальными, — Что молчишь?! Нечего сказать?
— Нечего, — Зуо внезапно похмурел и отвернулся от Инфа.
— Зуо, раздевайся, — в разговор вошла молодая и очень хорошенькая девушка. Только вот холод в ее взгляде, в каждом ее движении и даже слове, казалось, пронизывает меня насквозь. Даже мурашки по спине побежали! И тем не менее меня все больше начинал мучить вопрос, а именно: С КАКОГО ХРЕНА ВСЕМ ВДРУГ ПРИСПИЧИЛО РАЗДЕВАТЬ МОЕГО ЗУО?!
Но все оказалось куда хуже, чем я даже мог себе представить! Внезапно Зуо действительно начал медленно и порывисто, с явной неохотой, но все же расстегивать свою рубашку. Я, затаив дыхание, наблюдал, как расстегивается одна пуговка за другой, и когда их осталось всего несколько, чуть не завыл на луну от перевозбуждения, ладно слюни подбирать успевал, а то бы устроил в комнате всемирный потоп.
Мне казалось, что когда сэмпай снимет рубашку, я просто кончу на месте, опозорюсь перед Зуо, затем замурую себя в картонную коробку и больше никогда оттуда не вылезу. Но, как ни странно, когда рубашка была скинута, мое перевозбуждение накрылось медным тазом. Не в том смысле, что я тазиком медным прикрыл свой стояк, а в том, что на смену этого самого возбуждения пришло сильное беспокойство. Правая рука Зуо выглядела как-то странно. Очень странно. Была слегка вывернута, где-то в плече под кожей кажется выпирала кость, и сама рука была какого-то иссиня-белого оттенка.
Не я один заметил, что с рукой что-то не так. Рыжеволосый парень тихо застонал, закатив глаза; девушка лишь тяжело вздохнула.
— Мда, любят люди прибавлять мне работку, — ухмыльнулась она, — Хотя-я-я… Я всегда была неравнодушна к переломам! — на губах девушки проскользнула воистину садистская ухмылка, — Но сначала я бы хотела узнать, какое лекарство ты принял, Зуо. У тебя оно еще осталось?
