— Мари? — ты не сразу узнал в маленькой девочке детище своего отца. Дело в том, что помимо пяти боевых андроидов твой отец создал самые различные модели, дабы следить за учениками в школе, несколько моделей для постоянных слежек на улице, в метро, в общественном транспорте. Всего насчитывалось несколько десятков различных экземпляров с самыми разными образами. Мари — одна из первых работ твоего отца, овладевшая толикой эмоций. Она была плаксой, хныкала обычно с поводом и без него. Но сейчас повод явно был.
— Мари, что произошло? — ты сел на корточки, дабы сравняться с ней в росте, — И откуда… откуда столько крови? — при слове «кровь» Мари захныкала больше прежнего. Плакать она не могла, потому что в ее тело не были встроены имитаторы слезных желез, но и без них она справлялась совсем неплохо.
— Мари сломали! — сквозь белиберду хныканья наконец разобрал ты, — Мари сломали, сломали, сломали! — девочка уселась прямо на пол и начала старательно вытирать чью-то кровь со своих рук, тем самым лишь еще больше размазывая ее по гладкой коже.
— Мари! Успокойся и объясни, что произошло? — занервничал ты. Девочка лишь кивнула, поднялась на ноги, аккуратно, дабы не испачкать тебя, взяла тебя за руку и повела к окну.
— Смотри, братик, — прошептала она виновато и указала куда-то вниз. Ты посмотрел в окно и обомлел.
— Ты это сделала? — побледневшими губами прошептал ты.
— Мари… — кивнула девочка виновато.
— По приказу отца? — последовал новый не менее колкий вопрос.
— Нет…
Ответ девочки тебя обескуражил, ведь кроме твоего отца андроидами не мог управлять никто!
— Постой-ка… — с твоих губ сорвался нервных смешок, — постой-ка, постой-ка… Ты говоришь, что Это ты сделала Не по приказу моего отца? — ты просто не мог поверить своим ушам.
— Да, — кивнула Мари и вновь захныкала, — Мари же говорит, Мари сломали. Систему Мари, ворвались без спроса и отключили контроль над телом! Мари все видела, но ничего не могла поделать! Отец Мари теперь накажет, да? Мари ведь плохая девочка! Не защитила своего тела! Братик, что он теперь сделает с Мари? Что? Переделает Ее? Мари страшно! Мари очень-очень страшно! Мари не хочет переделываться! Не хочет снова забывать! — все хныкал и хныкал андроид, но тебя сейчас волновало не столько она, сколько все более явный запах крови.
— Чем ты… точнее твое тело писало эти слова?
— Кровью…
Ответ был очевиден, и все же… От ответа в горле у тебя все пересохло и перед глазами на мгновение все поплыло.
— Чьей?
— Кровью учеников… — уже тише прошептала Мари.
— Где они… веди меня… — без лишних слов приказал ты, и Мари, кивнув, побежала к лифту. Вы поднялись на последний этаж, где учились тринадцатые классы. Мари, недолго думая, подвела тебя к одному из классов. Ты глубоко вздохнул и только затем распахнул дверь класса. В аудитории было больше семидесяти человек. Все ученики сидели на своих местах в вирту-очках, и поэтому ты даже поначалу решил, что Мари перепутала класс и, лишь приглядевшись, начал понимать всю сложность ситуации.
— ПКО-вирус… — это был не вопрос, скорее утверждение, но Мари все же кивнула в ответ. Ты закрыл за собой дверь и начал проходить по рядам, всматриваясь в лицо каждого ученика.
Дело в том, что у тринадцатых классов почти все уроки проходили в виртуалии при глубоком погружении. Что это значит? Виртуалия была трех категорий. Когда человек надевал вирту-очки, он выбирал одну из категорий. Слабое погружение, среднее погружение и, наконец, это, самое глубокое погружение. При слабом погружении ты одновременно находился и в виртуалии, и в реальном мире, все твои ощущения также были подвластны именно реальному миру, то есть, если ты хотел есть в реальности, ты хотел есть, даже погрузившись в виртуалию. При среднем погружении ты ощущал голод, но мог обмануть свой мозг, наевшись, скажем, виртуальных пирожков. Все твои ощущения перекочевывали в виртуалию, но, тем не менее, они не были особенно остры, и поэтому если, скажем, очки с тебя при таком погружении ради шутки сняли бы глупые юмористы-дружки, некоторое время после этого ты бы чувствовал легкое головокружение и тошноту, но ничего более опасного с тобой бы не произошло. При глубоком погружении все обстояло иначе. Если в реалии ты голоден, то, попав туда, ты сам решал, что тебе чувствовать, а что нет. Глубокое погружение, к примеру, использовалось в онлайн-играх. И пусть многие игроки порой погибали от обезвоживания или сходили с ума от десятков бессонных ночей, игры подобного рода всегда были популярны и всегда таковыми останутся, ибо были самым лучшим средством убежать от реальности. Ведь перед тобой раскрывался совершенно иной мир, с обновленным тобой! Отказаться от такого даже под страхом смерти решился бы далеко не каждый.
Если снять очки при глубоком погружении в виртуалию, человек впадал в вирту-кому и мог больше никогда не очнуться, ибо мозг, не понимающий, какая из реальностей настоящая, словно зависал и в результате не воспринимал как реальность ни тот, ни другой мир, предпочитая заснуть на года, а то и навсегда.
