Как и в любом другом городе, в Тосаме были свои достопримечательности. Причем достопримечательности Тосама в прошлом принадлежали не только этому городу, но и некоторым городам, уже исчезнувшим с лица Земли. Дело в том, что после Третьей Мировой Войны многие добровольцы-археологи, облачившись в противорадиационные костюмы, блуждали по столицам стран, которых на планете больше не существовало, искали различного рода памятники, картины, предметы прошлого. И для этих предметов во всех сорока четырех городах были созданы особые зоны старины, в которые свозилось подобное добро, подобно мусору на свалку. Хотя сравнение, наверное, слегка грубовато, ведь все предметы красиво расставляли по своим местам и тщательно за ними ухаживали. Но лично у меня, когда я побывал в зоне Тосамской старины в первый раз, ассоциации были именно с помойкой. Естественно, эта зона была предназначена в большей степени для туристов, поэтому в ней была настоящая тьма кафешек, ресторанов, казино и детских садиков, в которые любящие родители могли скинуть свое чадо, прежде чем пойти любоваться мировыми достопримечательностями. Были в этой зоне и гостиницы. Целая тьма гостиниц, обслуживание которых варьировалось от одной звезды, где по комнатам бегали тараканы, а туалет вполне мог быть пусть не на улице, но в комфортабельном ведре, до шести звезд, предоставляющих янтарные комнаты, золотые унитазы и брильянтовые ванны.
ХолтенХолл — место, в которое пригласили Зуо, держало за собой одну звезду, а значит, являлось местом не особенно приличным. До того, как приехать к нему, мы с Зуо подъехали к одному из ларьков с детскими масками. Зуо взял красную маску демона, которая была до того уродливой, что если бы я ночью проснулся и увидел подобную рожу, наверное, сразу бы свихнулся. Я же выбирал маску куда дольше:
— А может, это? — я напялил на себя маску, изображающую лицо кавайной анимешной девочки. Зуо перекосило.
— Не нравится? — удивился я, — ну, а как насчет этого? — я натянул белую вытянутую маску одного киношного убийцы, с которым за три столетия было снято более ста фильмов.
— Мы идем не на маскарад! — прорычал в ответ Зуо, явно стараясь держать себя в руках. Неужели он до сих пор чувствовал некую вину за то, что вчера сделал со мной? М-м-м-м… надо бы обязательно этим воспользоваться!
— А…. то есть маску, которую на себя натянул ты, носят сугубо на бизнес-встречи? — фыркнул я, вешая белую маску обратно на стенд и почесывая затылок, в размышлениях какой же сделать выбор.
— Бери эту, и пошли, — прорычал Зуо, снял со стенда оранжевую маску и, не давая мне возможности разглядеть ее, натянул мне маску на лицо. Говорят, раньше маски держались просто на резиночках и были из не особенно пластичных материалов. Сейчас маски держались на скрытых липучках и, когда человек надевал маску на лицо, она частично принимала черты его лица. Дабы узнать, что же за маску надел на меня Зуо, я подошел к зеркалу и на секунду вздрогнул. Из зеркала на меня смотрел Лис.
— Харэ собой любоваться, шевели корявками, — слегка толкнул меня в спину Зуо, тем самым показывая мне, что я должен следовать за ним.
— Угу… — пробормотал я, в последний раз вглядываясь в зеркало.
От палатки, где мы приобрели маски, до ХолтенХолл мы добрались всего за пару минут. Зуо не стал оставлять мотоцикл прямо перед гостиницей, ибо это обязательно привлекло бы ненужное внимание. Хотя два придурка в дебильных масках наверняка тоже не остались без внимания. Гостиница располагалась в маленьком четырехэтажном домике. И хотя снаружи она выглядела на удивление опрятно для одной-то звезды, внутри она свою звезду, а точнее ее одиночество, оправдывала с лихвой. Начнем с того, что когда я потянул на себя входную дверь, дверная ручка отвалилась, я по инерции полетел в противоположную от двери сторону и врезался в столб. Зуо мужественно пронаблюдал все это, затем подошел к двери и слегка толкнул ее.
— Дебил… — холодно бросил сэмпай в мою строну и прошел внутрь.
— А мне, между прочим, было Очень больно! — завопил я, потирая затылок, которым и ударился о столб, — А ты Придурок! — нет, ну сэмпай реально придурок. Меня тут ломает от боли, возможно, у меня даже сотрясение мозга! А он лишь обзывается.
— Пошевеливайся, гавно! — послышалось в ответ на мои вопли, после чего из-за двери вылетел кусок пола и попал мне прямо в лоб, — А это тебе за твой длинный язык.
— А у тебя длинный хуй, можно, я тоже в тебя за это что-нибудь кину? — пробормотал я, потирая еще одно ушибленное место, — теперь у меня болит голова, — все еще бубнил я, входя в обитель гостиницы с одной звездой. И знаете, я как-то сразу проникся атмосферой данного места, наступив на большую мокрицу и чуть ли не упав в обморок от ударившего в нос запаха пыли и затхлости.
— Еще один посетитель! — зазвенел у меня в ушах ужасающий фальцет, — как мы сегодня популярны! Лак-ки! — навстречу мне и Зуо выбежала тощая палка, увешанная несколькими нитями бус и радужными брелками. Не сразу в этом создании я разглядел особь мужского пола, принадлежащую роду человеческому.
