Я вновь взглянул на стертые пальцы и побрел на кухню за лейкопластырями, где заклеил ими себе кончики всех пальцев. Да… Некоторое время печатать на обычной осязаемой клаве будет неприятно, но благо все еще существуют и виртуальные клавиатуры. Хотя сейчас мне уже ничего не хотелось. Из-за слишком долгой концентрации, а для меня двадцать минут — это настоящий рекорд, разболелась голова, да еще не к месту я вспомнил о Зуо и снова расстроился. А что всегда и везде поднимет настроение? Правильно, Еда! Я порылся в холодильнике, сделал себе несколько мега-огромных бутербродов и вернулся в комнату. Когда я уходил, ее освещал еще не выключенный монитор, сейчас же когда комп полностью вырубился, здесь царила почти непроницаемая тьма. Я кое-как доковылял до кровати и включил небольшую лампу, что размещалась на тумбочке. Наконец комната наполнилась мягким тусклым светом, я поудобнее улегся на кровать и уже откусил кусочек от бутерброда, когда раздался еще один раскат грома. Я вздрогнул, невольно кинув взгляд на стеклянную дверь балкона и замер, потому что за ней кто-то стоял. Четко обрисовывался черный человеческий силуэт.
Пиздец — пронеслось у меня в голове, наверное, не совсем к месту и уже не первый раз за этот час. Бутерброд застрял где-то в горле. Не совсем понимая, что я делаю, я сполз с кровати на пол и из-за нее взглянул вновь на фигуру. Она медленно приблизилась к стеклянной двери, а я в этот момент лихорадочно соображал, закрыл ли ее накануне или нет, и параллельно молился Богу, Будде и Зелибобе.
Фигура подняла одну руку, и раздался тихий стук. От него у меня по спине забегали мурашки. Бутерброд стал чем-то родным, и я от страха прижал его к себе, как обычно прижимают, к примеру, мягкого мишку или подушку. В этот момент я почему-то был уверен в том, что если что бутерброд-то меня точно защитит!
Стук повторился, а за ним последовал еще и шепот:
— Тери, это я! Ник! Открой!
— Капитан крюк? — Пискнул я, в ответ, не расслышав.
— Да какой нахуй капитан крюк? Ник! — Забормотала фигура, а теперь открой дверь нормально. И я только сейчас сообразил, что балкон-то открыт, только вот через верх, у основания дверь плотно прилегала к косяку.
— Ник, ебтебядери, ты хоть понимаешь, как напугал меня! — Взвыл я, открывая дверь, и прожигая до нитки мокрого Ника, взглядом.
— Прости-прости, не собирался тебя пугать, просто хотел увидеть, — улыбнулся он мне и чихнул, — может, впустишь меня, а то ядовитый дождик на пользу мне точно не пойдет.
— На тебя уже попала такая доза, что я удивляюсь, как ты еще жив.
— Просто по моему телу и волосам распылены нано-подавители, они весь яд из воды выводят. Но они недолговечны… Так пустишь или нет?
Я вздохнул, кинул взгляд на часы, на которых, между прочим, был уже второй час ночи, и все-таки пустил Ника в комнату.
— А как ты вообще сюда забрался? Я же живу на 16 этаже!
— С помощью троса, — улыбнулся Ник, выхватывая у меня из рук мой уже ставший дорогим бутерброд и в два укуса уминая его.
— И чего тебе надо от меня посреди ночи?
— Я же сказал, хотел тебя увидеть, — усмехнулся нанит, нагло разваливаясь на моей кровати и пялясь на мой потолок. Под ним висели голографические буквы, которые периодически складывались во фразу: «Если ты идиот, не беспокойся, ты такой не один». Это был подарок Эллити на мой последний день рождения. Она, конечно же, хотела сделать мне очередную гадость, но мне подарок к ее ужасу понравился. Просто то, что я идиот, я, предположим, и так знаю и давно с этим смирился, но эта фраза: «Ты такой не один», — невольно грела мне душу. Не один… Как бы было здорово, если бы это было действительно так!
— Ага, я смотрю, ты просто жить без меня не можешь, — фыркнул я, взяв второй бутерброд с тарелки и уминая его ничуть не хуже Ника.
— Именно так! — активно закивал парень. Я на это лишь тяжело вздохнул. Вот же угораздило-то.
— Ты ведь мне не веришь, как мне доказать то, что ты мне очень нравишься?
— Никак, просто уходи, — монотонно пробубнил я, невольно представив вместо Ника Зуо. Вот ведь мечта идиота — честное слово.
— Неа, я так долго добирался сюда и так просто теперь не уйду, — беззаботно пожал плечами нанит, — Может, расскажешь что-нибудь о себе?
— Нечего рассказывать, — кинул я, подходя к кровати, — Ник, правда, уходи, я спать собираюсь. Правда, давай отложим разговор на завтра, — я старался скрыть непонятно откуда появившееся раздражение.
— Встать поможешь? — Улыбнулся мне нанит в ответ, протянув руку. Ну что за наивность? Сам себе поражаюсь. Я протянул руку к Нику, но прежде чем смог ее взять, парень сам схватил меня за запястье, потянул на себя, и в мгновение ока прижал к кровати.
