— Конечно, ваш отец — великий воин. Но вы думаете, что это принесло ему радость? Думаете, он не предпочел бы иметь те возможности, что имеете вы благодаря миру и счастью, завоеванному отцом? Франческо был вынужден стать кондотьером, ему не оставили выбора. И не проходит и дня, чтобы он не жалел об упущенных годах детства и юности, которые можно было посвятить учебе. Он вовсе не рад, что однажды ему пришлось забросить книги и научиться владеть мечом, вступить в наемное войско и познать смерть и страдания. Спросите у него сами! Послушайте, что он скажет. Именно поэтому он нанял для вас Джунифорте Барциццу. Ваш отец лично обратился к маркизу д’Эсте с просьбой отпустить учителя сюда, и все только для того, чтобы дать вам возможности, которых он сам был лишен. А вы чем платите отцу за это, Галеаццо Мария? — продолжала суровый выговор мать. — Вы совершенно не дорожите тем, что имеете, и проявляете неуважение к своим родителям и к человеку, который может научить вас тайнам письма, истории, географии. Вы не хотите познавать новые миры.
— Миры? — переспросил мальчик, удивленно глядя на Бьянку.
— Именно так. Письмо и литература открывают для нас волшебные места, приключения героев былых времен, которые уже никогда не вернутся, и прочие чудеса. Но если вы не научитесь читать, писать и считать, все это ускользнет от вас, как песок сквозь пальцы. И придет день, верите вы или нет, когда вы горько пожалеете об утраченных возможностях!
— Матушка, не сердитесь, — сказал Галеаццо с нежностью. — Я совершил ошибку, но теперь понял это и хочу все исправить.
— И что это значит? — все еще строго спросила мать.
— Я буду учить все, что мне задает мессер Барцицца.
— Обещаете? Поверьте, мне совершенно не нравится ругать вас.
— Знаю, — ответил мальчик.
— Ну тогда идите сюда, — улыбнулась Бьянка Мария.
Ребенок раскинул руки и бросился к ней.
— Мама, мама, — пробормотал он, расплакавшись, — я не хотел расстроить вас.
Бьянка Мария обняла сына и поцеловала в щеку.
— Дело не в том, что вы расстроили меня: своим поведением вы вредите лишь самому себе. Но вы все поняли, так что хватит об этом. Думаю, теперь вы знаете, как нужно себя вести.
— Да, — ответил малыш, прижимаясь к ней.
— Вот и хорошо.
— Я люблю вас.
— И я вас, сын мой.
— Что скажете, — спросил мальчик, глядя в глаза матери, — может, прогуляемся вместе? Погода такая хорошая!
— Ну конечно, — согласилась Бьянка, размыкая объятия.
Она взяла сына за руку, и они, умиротворенные, неторопливо пошли по саду в сторону самых высоких деревьев.
Лезвие меча скользнуло вперед, но дон Рафаэль легко отразил удар. Через мгновение идальго из Медины сделал ложный выпад и атаковал с левой стороны. Ферранте с готовностью парировал, а затем отступил и вышел из боевой схватки, тяжело дыша. По его лицу градом катился пот.
«Молодой человек делает большие успехи, но ему еще предстоит многому научиться», — подумал дон Рафаэль.
Ферранте уже исполнилось двадцать шесть лет. Фехтовал он неплохо, но всегда оставалось ощущение, что он не до конца использует свои физические возможности. Будучи среднего роста, молодой человек отличался быстротой и ловкостью, а это очень важные качества: скорость дает гораздо большие преимущества, чем лишние пол-локтя в длине выпада. Но какая-то вялость сквозила во всех его движениях, делая их слишком предсказуемыми. Казалось, Ферранте воспринимает фехтование как скучную ежедневную тренировку, а вовсе не как важнейшее искусство, укрепляющее тело и характер.
Дон Рафаэль вновь встал в боевую стойку.
— Давайте еще раз, ваше высочество, — предложил он.
Ферранте нетерпеливо вздохнул, а его учитель недовольно поджал губы. Злить идальго не стоило, сын короля хорошо это знал. Пусть Ферранте — герцог Калабрии, будущий наследник престола и самый влиятельный человек во всем Неаполитанском королевстве после собственного отца, это ничего не меняет: дон Рафаэль получил от короля официальное разрешение делать во время тренировок все, что сочтет нужным, а потому привычная иерархия не имела никакого значения. Ученик мог лишь слушаться и выполнять приказы.
Едва двое снова скрестили клинки, Ферранте понял, что идальго перестал сдерживаться: дон Рафаэль начал с двойного финта, а потом провел атаку, от которой молодой человек едва успел закрыться. Затем последовали два мощных рубящих удара и сразу за ними третий — нацеленный в живот. Ученик отразил лезвие приемом нижней защиты и попытался провести ответную атаку, но дон Рафаэль ловко отбил удар и снова двинулся на Ферранте. Тот сделал несколько шагов назад, защищаясь от града атак, но потом с помощью двойного выпада вернул себе преимущество, чем приятно удивил маэстро. Дон Рафаэль парировал его удар в последний момент.
— Очень хорошо, ваше высочество, — заметил он, отходя назад и опуская оружие. — Отличная, чистая атака. Я только никак не могу понять, почему для такого результата вас обязательно нужно разозлить.
Ферранте покачал головой:
