Это что-то новое. Обычно Лидку сватал Вахтанг.
— Эдик мне до сих пор звонит. Уговаривает: брось ты своего кретина…
Не-а. Не подловишь. Молчу.
— Озолочу, говорит. Такую красавицу, умницу, чистый брильянт…
— Лидок, мне бы чайку. С бубликом.
— Чтобы я тебе, огрызку, чай заваривала? Не дождешься!
— Ну, Лидок…
— Я? Тебе?! Я арабскому шейху и то не заварю…
— Твой чай — самый вкусный.
— Не подлизывайся!
— Самый крепкий… самый-самый… гениальный чай…
— Смотри, в последний раз… Баю-баюшки-баю. Спи, Толясик, мать твою.
…Данте Алигьери в «Божественной комедии» помещает грехи на высший уровень (ближе к раю) и на низший (ближе к аду) в зависимости от их угрозы любви. В категорию отступничества от любви он зачислил гордыню, зависть и гнев. Лень он считал симптомом недостаточного проявления любви и отправил ее на промежуточный уровень; а грехи, отмеченные чрезмерным увлечением земными страстями (жадность, чревоугодие и похоть), поместил в высший уровень, подальше от ада и поближе к раю.
Надоело.
Дурак этот Данте. И Беатриче его дура.
Лень есть любовь. К себе.
Зря я поднял газету.
…группа французских рестораторов обратилась с петицией к Римскому Папе Бенедикту XVI. Они предложили понтифику упразднить чревоугодие как грех. По их мнению, чревоугодие — всего лишь простительная слабость. Вкусная еда в разумных количествах, считают французы, смягчает нравы и изгоняет уныние.
Здравая мысль.
Хорошо бы ее додумать.
Завтра.
…обозреватель газеты «Гардиан» пишет, что список смертных грехов сократился, учитывая самоустранение из этого списка жадности. «Жадность, — пишет он, — оправдана и переименована в стимул к работе (incentive). Вспомним девиз Гордона Гекко, антигероя фильма «Уолл Стрит»: «Жадность — это хорошо!». Зрители приветствовали этот девиз восторженными возгласами. Согласно такой философии, грешниками являются те, кто жалуется на жадность генералов большого бизнеса. Ведь недовольные обуреваемы другим грехом — завистью…»
— Пей чай, убожество!
— С бубликом?
— Я тебе когда-нибудь лгала? Хоть раз в жизни?
…профессор Кембриджского университета Саймон Блэкберн подверг сомнению правомерность нахождения в «черном списке» похоти. Сладострастие, считает профессор, нельзя осуждать, так как «восторженное желание сексуальной активности и сексуального наслаждения ради него самого — вовсе не грех, а жизнеутверждающая добродетель». Да, время от времени похоть может выходить из-под контроля. Поэтому «лишь то сладострастие добродетельно, которое взаимно и контролируемо». Свое мнение Профессор выразил в рамках проекта, осуществляемого издательством Оксфордского университета «Oxford University Press», цель которого — позиционирование семи смертных грехов в современной жизни…
Размачиваю бублик в чае.
А то его еще грызть…
