– Верно. Конечно, если Гильдия об этом узнает, то вас накажут весьма сурово, с другой стороны, Довгану весьма затруднительно будет доказать, что значок украли, а не он сам потерял его по пьяному делу. Поэтому, если вы лишь используете его документы для… скажем так, проезда, а не для торговли, то, возможно, все будет не так уж плохо. Кроме того, насколько я знаю Красноносого, он тут может застрять надолго, выпивка тут весьма недорога, а женщины прекрасны, – купец поклонился в сторону Ио, которая невольно улыбнулась от комплимента. – И чтобы вы не подумали о мне плохо, – добавил Захарис, – вы должны знать, что он меня сильно подвел и я лишь буду рад, так сказать, некоторым образом восстановить справедливость.
– Ну что ж, – сказал Андрей, – спасибо за идею. Впрочем, о чем это я? Никакой идеи и не было, а вы ни о чём таком и не говорили, а я ничего не слышал. Рад знакомству и увидимся на корабле, где и обсудим все наши дальнейшие планы.
Так, теперь второй. Он махнул рукой оборванцу, который сразу вскочил и потрусил в их направлении. Захарис, который еще не успел отойти, слегка наклонился к Андрею и произнес доверительно:
– Господин Андрей, если позволите услышать мое мнение – не связывайтесь с этим человеком! Он тоже ко мне обращался, этому бродяге просто нужны деньги под надуманным предлогом. А еще он пытался делать денежные ставки на ваш бой. Впрочем, сами все увидите… – купец умолк, недобро взглянув на приближающегося человека, после чего скривил губы и удалился.
Подошедший представлял полную противоположность обходительному и интеллигентному торговцу. Внешний вид его был неопрятен: сальные волосы, затертая до дыр кожаная жилетка, брезентовые штаны и стоптанные башмаки, покрытые пылью. Но на грязном лице весело сверкали желто-зеленые как у кота глаза, на тонких губах блуждала ироничная улыбка, а осанка у него была гордая и ровная.
– Борх! – представился он едва приблизившись. – Вижу, что вам про меня уже рассказали и наверняка что-то нелицеприятное. Ну да это полная ерунда! А вы, кстати, в курсе, что я на вас деньги поставил? Я не слепой, вижу походку бывалого бойца. Жаль, что купец потом выкрутился от проигрыша, он то, между прочим, ставил на Илая!
– Вот как, – сухо сказал Андрей. – Насколько я знаю, денежные ставки на поединки такого рода строго запрещены. Но чего же вы хотели?
– Ко мне можно на ты, – сказал Борх ухмыльнувшись, – признаться, я уж и не помню, когда меня последний раз называли на "вы". Дело, в общем-то, пустячное. По вам сразу вижу, что человек вы бывалый, насквозь деловой, поэтому всякую ерунду типа карты-обманки предлагать не стану. Скажу прямо – хочу убраться с этих островов, они мне уже осточертели, но денег нет совсем, ни одного дрянного шильда. Что я могу предложить? В сущности, пока только рабочие руки. Могу копать, могу делать разного рода черную работу, только без всяких педерастических дел, – при этом бродяга странно покосился в сторону Кольвиниуса, молодого мага, который стоял рядом и весьма скептически его рассматривал. – Но лучше всего могу выполнять всякого рода деликатные, кгм… поручения. Понимаете, о чем я?
– Догадываюсь, – сказал Андрей. – Вопрос к тебе будет такой же, как и к предыдущему господину – почему я? Почему бы тебе просто не наняться матросом на любое судно?
Борх ничуть не смутился и ответил прямо:
– Вы, наверное, не знакомы с местными капитанами. Во-первых, матросов у них и так обычно хватает. На торговых судах. А на военный корабль меня если и возьмут, то только в качестве раба. Во-вторых, шкиперы не очень-то любят иметь дела с такими как я.
Похоже, этого человека в жизни мало что могло смутить. Слегка раздражала его развязная манера общения. Андрей нахмурился, но тут вмешалась Ио, которая быстро прощебетала что-то вроде "дорогой, можно я только уточню?" и тут же спросила, даже не дожидаясь ответа Андрея:
– Я, конечно, могу ошибаться, но не идет ли в данном случае речь о Ночном Братстве?
– Посмотри, – жарко зашептал в ухо Кольвиниус, – вон, на тыльной стороне предплечья у него татуировка фрины, хищного ночного паука. Да и имя у него странное, это вообще не имя, а прозвище, означает "зуб" на вентгэльском диалекте.
Андрей пригляделся, действительно через грязь на руке Борха проступал небольшой рисунок какого-то мерзкого насекомого. Кажется, его хотели предупредить, что он имеет дело с каким-то вором или бандитом. В то же время этот человек ему чем-то неуловимо нравился. Борх поклонился (довольно изящно) и произнес:
– Уважаемая шаманка, я не могу ответить на ваш вопрос, вы, наверное, понимаете почему. Но не в моих правилах навязываться, просто скажите "нет", – он многозначительно взглянул на Андрея, – и тогда мы разойдемся словно корабли на встречных курсах.
