— О! Неужели это Игорь — любезнейшей Ангелики Феодоровны домоправитель? — радостно изумился он. — А где же сама наша прекрасная? Или вы, Игорь, изволили сегодня привезти к нам своих приятелей?
Внезапно он чуть не упал, когда бетонная плита крылечка под его ногами ни с того ни с сего вдруг задрожала. Игорь сухо сказал:
— Добрый день, Гришенька. Ангелика Феодоровна передаёт вам привет и напутствие не обижать её правнуков, которые, возможно, теперь сами проложат тропу в заведение Дормидонта Егоровича.
— Правнуки? — повторил явно обескураженный Гришенька, всматриваясь в троих, стоявших перед ним с небольшими чемоданчиками.
— Добрый день, — спокойно сказал Алик. — Не проводите ли вы нас, любезнейший, к хозяину? Не хотелось бы терять время на обратную дорогу.
Рядом с ним встала Валерия и тоже поздоровалась с Гришенькой, как и Алика, которая ещё и рукой помахала, пританцовывая за спинами первой пары. А пританцовывала она от восхищения: даже не предполагала, что простенькое заклинание с вложенной в него силой может заставить бетонную плиту подпрыгивать!
Гришенька то ли присмирел, то ли решил пока поизучать странных гостей, а потом уж думать, стоит ли над ними изде… В общем, стоит ли с ними связываться.
— Пожалуйста, идите за мной! — провозгласил он и повернулся к двери.
— Гришенька, а сколько лет этому дому? — с любопытством спросила пританцовывающая девушка.
— За пять сотен уж будет, — солидно ответил тот.
— Алик, а ты сумел бы?.. — услышал он незаконченный вопрос девушки.
— Мне лень, — твёрдо ответил юноша, ведущий за собой явную некромантку — девицу с белыми волосами, которая смущала Гришеньку своей улыбкой. — В конце концов мы приехали не для диверсий (глаза Гришеньки округлились), а чтобы получить деньги.
Они прошли небольшой холл, а затем Гришенька открыл перед молодыми людьми двери в зал, который представлял собой торговое помещение: посреди витрин и столов с артефактами бродили и продавцы, и покупатели. К залу спускала небольшая, но широкая лестница, и четверо на секунды замерли наверху, присматриваясь к необычному заведению. А Гришенька немедленно побежал искать хозяина.
Так что они спустились без него, обнадёжив, что выждут некоторое время. И остались у подножия лестницы, перебрасываясь короткими репликами.
— Не забывайте, — вполголоса напомнила Валерия, — что после появления хозяина нас, вероятно, попробуют прощупать на предмет защиты.
— Думаешь, он сейчас появится? — не глядя на неё, спросил Алик и кивнул. — Что? Переходим в режим своих основных особенностей?
Валерия подала ему руку. Едва их пальцы оказались стиснутыми, переглянулись с едва уловимой насмешкой. За их спинами взялись за руки Алика и Игорь.
— А вот интересно, — мечтательно произнесла Алика, — что будет, если я прочитаю здесь то самое заклинание? На усиление бури?
— Подожди с экспериментами, — с насмешкой отозвался Алик. — Ты же сама меня недавно призывала повременить с ними.
— Хозяин слева, — предупредил Игорь, нервничая.
Посетители и продавцы давно обратили внимание на молодых магов, но сейчас все точно остолбенели, замерев взглядами на четверых, одновременно торопливо накидывая на себя дополнительные защиты от магии Леля и от ощутимой некромантической волны, напомнившей всем о близости могилы.
— Почему мне постоянно хочется хихикать? — прошептала, пофыркивая, Алика.
— Ты боишься того, что может произойти, но вместе с тем ждёшь этого, — откликнулся Игорь, который больше не чувствовал страха: магия Леля коснулась и его, но сработала как-то странно — наполняя уверенностью.
Хозяин, седоголовый мужчина лет под семьдесят, тоже остановился, с заметной опаской разглядывая молодых клиентов. Наконец он не спеша подошёл, сопровождаемый подобострастно кланявшимся Гришенькой.
Хозяин оказался умнее прислуги.
— Кто из вас правнуки Ангелики Феодоровны? — приблизившись, спросил он, не удосужившись поздороваться.
— Мы, — коротко сказал Алик, кивая за спину на сестру, которая тут же изобразила шутливый реверанс перед хозяином.
Уточнять не пришлось. Дормидонт Егорович сообразил, что перед ним близнецы.
— Прошу вас следовать за мной.
Игорь шёл за всеми, затаив дыхание. Он-то видел, а остальные трое не обращали внимания, что продавцы уже начали прощупывать юнцов, осторожно пока атакуя их со всех сторон и открывая один за другим рты: в объединённой магии четвёрки любая попытка «укусить» хоть кого-то немедленно просто-напросто вливалась в их пространство, чтобы стать частью их собственной силы. Чем больше старались атаковать юнцов, тем сильнее они становились.
А потом атаки и вовсе прекратились. Прежде чем войти в указанную Дормидонтом Егоровичем дверь, впереди всех шедший юноша обернулся к залу и проговорил в никуда:
— Или больше никто не трогает нас, либо я спущу Леля с поводка. И плевать мне, в кого вы тут найдёте влюбиться. Меня все поняли?
— А я добавлю, — равнодушно сказала беловолосая девушка, осматривая всех, кто попятился от слов юноши. — Если мне здесь не понравится, дому не жить.
Хозяин мгновенно засуетился: