– Кто это – Митрич? – Усов недоверчиво поднял брови. – Не знаю такого.
– Да алкаш один. Он нездешний, недавно откуда-то забрел, прибился к больнице, иногда захаживает к нам, когда жрать нечего. Тетя Люба, повариха, подкармливает его. Ну и я помогаю. Когда ссадины зеленкой помажу, когда от головы таблетку дам. Жалко его. Старый уже, а ни дома, ни семьи.
Варя замолчала, продолжая тихонько всхлипывать.
– Хм, – рассеянно произнес Усов. – Митрич. И где его искать, этого Митрича? Он небось в каком-нибудь подвале храпит и видит седьмой сон.
– Да тут он, рядом, – оживилась Варвара. – Прямо у нас в больничном дворе и ночует. Рядом с моргом сарай старый есть. Так он там.
– Неплохое место для ночлега, – философски заметил Губанов.
– Поостри мне, – сверкнул на него глазами Усов. – Дуй к моргу и достань мне этого Митрича из-под земли.
– Есть, товарищ майор. – Губанов вытянулся в струнку и выбежал за дверь.
– Можно я теперь пойду? – снова спросила Варя. – У меня правда пациенты тяжелые. Особенно один. Только из комы вышел. Нужен глаз да глаз.
– Иди, – разрешил Усов. – Если что – вызовем тебя.
Варя удалилась, цокая каблучками.
– Сделайте нам чайку, любезная, – попросил майор санитарку.
– Сейчас, милый.
Женщина ушла в крошечную подсобку. Оттуда послышался шум наливаемой воды и звон посуды. Даша с трудом сдерживалась, чтобы снова не заплакать. Где же Соня с Катей? Скорей бы уже приехали, у нее больше нет сил нести эту ношу одной.
Санитарка принесла пластиковый поднос, на котором стояли две чашки чая и тарелочка с пирожками.
– Вот, угощайтесь.
– Благодарствую. – Усов отхлебнул чаю и с удовольствием надкусил пирожок. – Вкусно! С капустой, мои любимые.
– Кушайте, кушайте, – обрадовалась санитарка.
Дверь широко распахнулась, и в вестибюль в облаке пара ввалилась какая-то бесформенная фигура, закутанная в лохмотья. Позади нее возник Губанов.
– Давай, давай, шевели ластами, – приказал он.
Фигура, что-то бурча себе под нос, покатилась, точно огромный шар, по больничному холлу, распространяя вокруг себя адское зловоние. Даша вздрогнула и вскочила с банкетки. Перед ней стоял давешний старик-бомж, который отвел ее к заброшенному дому.
– Фу-у, – протянул Усов и брезгливо сморщился. – Ну ты и пахнешь, старина! Пора тебе помыться, тем более при больнице ошиваешься. Тут есть душ.
– Да пошел ты, – грубо огрызнулся алкаш.
Его сизый нос глянцево блестел в свете лампы.
– Это куда ж вы его! – всполошилась дежурная. – Он мне тут все провоняет. А проветривать как? Больные рядом, продует!
– Верно, Губанов, – согласился Усов. – Не место тут для допросов. Давай его во двор. В машину.
– Ага, в машину! – возмутился Губанов. – А ездить потом как? В противогазе?
– Разговорчики! – рявкнул Усов. Тут он заметил Дашино состояние, и, по обыкновению, брови его поползли вверх. – Вы чего такая бледная? Тошнит?
– Нет. Это он! – Даша ткнула пальцем в бомжа. – Он!!
– Что он? – не понял Усов.
– Он привел меня в дом. Он знал, что мама там! Это он во всем виноват! Убийца!!
Даша с отвращением смотрела на испитую, красную физиономию бомжа.
– Тихо, спокойно. – Усов взял ее за локоть. – Пошли-ка, выйдем отсюда. Чай только допейте, чтобы потеплее было.
Даша залпом выпила остатки чая, обжигая язык и губы. Усов вывел ее на улицу вслед за Губановым, который тащил за собой бомжа. Вся компания подошла к машине, в которой мирно дремал Кравченко. Едва красномордый Митрич приблизился к автомобилю, Кравченко, однако, тут же проснулся.
– О боже!! Что это? Ассенизатор рядом парканулся?
– Нет. Подозреваемого привели. – Усов сделал жест рукой, и Губанов плюхнул бомжа на заднее сиденье.
– Предупредили бы. Я бы маску надел, – проворчал Кравченко, но больше ничего не сказал, опасаясь начальского гнева.
– Итак, ваше имя, – строго потребовал Усов.
– Митрич я.
– Митрич – это отчество. А мне нужны еще имя и фамилия.
Бомж вдруг усмехнулся. В глазах его мелькнуло хитрое выражение.
– Зачем тебе мое фамилие, начальник? Все равно паспорта у меня нет. Да вы и протокол не ведете.
– Ишь ты, все он знает. Даже про протокол! – удивился Усов.
– Как не знать? Я сам в ментовке, почитай, пятнадцать лет отслужил. – Бомж натужно откашлялся и спокойно посмотрел на майора.
Тот оторопел.
– Как в ментовке? Хорош заливать.
– Я правду говорю. Дослужился до капитана. А потом… подставили меня мои же сослуживцы. Уволили, как собаку. Да еще со строгачом в личное дело. Ну я и сломался. Выпивать начал. Пошло, поехало. А… – старик махнул рукой. – Давно это было и не здесь. В другом городе, даже в другом регионе, далеко отсюда.
Усов покачал головой и задумчиво произнес:
– Чего только не навидаешься у нас на службе. Ну, так называемый коллега, хоть и бывший, говорить-то мы будем?
– Смотря о чем говорить, – ухмыльнулся бомж.
– Вот об этом телефончике. – Усов достал из-за пазухи мобильник и повертел его перед носом у Митрича.
– А что о нем говорить? Аппарат как аппарат. Чей он, я без понятия.
– А вот Варвара, медсестричка из травматологии, утверждает, что это ты его нашел третьего дня.
– Ну нашел, не отрицаю. Да разве за это уже и срок дают?
