В 7 лет наша борьба закончилась полной его победой. Символом которой стал такой эпизод. Я приехала к Мишке в лагерь. На родительский день была устроены многочисленные конкурсы (почему-то для родителей- видимо, в качестве компенсации за отдых от своих чад), за жетончики победителям выдавалась всякая снедь. От бега в мешках я, будучи в мини-юбке на шпильках, отказалась сразу, на успехи в перетягивании каната с отцами я вряд ли могла рассчитывать (хотя, может быть, они бы от смеха и не смогли тянуть вообще). Я приняла участи в сбивании городошных фигур. Оба раза попала... в молодого человека, который их ставил. Попытки с завязанным глазами приставить корове хвост не увенчались успехом. Сетуя, что в программе нет ничего интеллектуального, я с пустыми руками вернулась к сыну. Мишка лаконично приказал: "Сиди здесь и жди!" и исчез в толпе. Через 20 минут он вернулся, с трудом неся всевозможные вкусности. Мои восхищения и нежности были пресечены коротким: "Ешь!". Мишка задумчиво чистил апельсин и, разламывая его на две части, произнес легендарную фразу: "Да, мама, ничего-то ты не умеешь. Трудно будет тебя прокормить!.." Я была без денег, без мужа, и ехала домой с трудом сдерживая слезы.
Со второго класса Мишка научился зарабатывать деньги. Гармонии его отношений с деньгами можно было позавидовать: он любил их, они - его!
Выбравшись однажды всей семьей на пляж, я, умиротворенная солнцем, дремала на песке. Мишка разбудил меня вопросом: "Почему так дорого продают пирожки". "Хочешь дешевле, оденься и сбегай к дороге", - раздраженно ответила я, надеясь, что меня оставят в покое. Но Мишка растолкал меня снова: "Пирожки это неактуально. Надо носить пиво!" Не успела я постичь всю перспективность данного вывода, как сын лишил меня остатков сна окончательно: "Дай рублей 30 начального капитала!" Брызгая на меня холодной водой, ему удалось загнать меня в воду и уговорить на 20 рублей. На другой день с приятелем он торговал на пляже пивом, купленным у метро, и зарабатывал за пару часов больше, чем я, со всеми своими образованьями, за рабочий день в пыльном офисе...
Все мои попытки заинтересовать его учебой пресекались вопросом: "Сколько ты получаешь?" В аксиому, что хотя бы грамоту надо освоить, Мишка не верил и цинично парировал: "Да, секретарша будет записывать. Или вот тебя найму, хоть заработаешь!" Тут мы неизменно переходили на личности, и теоретическая дискуссия заканчивалась.
В личной жизни юноша проявлял такой же практицизм. Когда его любимая девочка отказалась придти на рожденье, он философски заметил: "Вообще-то у меня еще пара есть. Но они не настолько мне нравятся, чтобы я их кормил!"
Меня настораживали его восторги по поводу того, какая шикарная квартира и машина у одной его знакомой. Когда девочка ненавязчиво стала надоедать мне звонками, а Мишка рассказами о их роскошной жизни, я позволила себе заметить: "Жаль, что девочка на редкость некрасивая и толстая". На что юный циник удивленно возразил: "Мама, да все они одинаковые! Но если бы ты видела, какая нулевая машина!!!"
И ко мне Мишка стал относиться с большим интересом, когда увидел, что мне дарят подарки и приглашают в интересные места. С некоторых пор он про каждого знакомого выяснял, есть ли у него компьютер и машина. При наличии этих двух сын интересовался, почему же я не выхожу за него замуж... То, что человек может мне не нравится, не казался Мишке убедительным. Глядя, с каким удовольствием я слушаю Макаревича или Шевчука, сын спрашивал: "Ведь он, небось, не бедный, - и между прочим так - А он женат?". Завершалась эта логическая цепочка упреком, почему же я не выхожу за замуж, если уж в коем веке есть небедный мужчина, который мне нравится! Меня бесил его цинизм, его моя непрактичность. Сошлись мы на компромиссе: я обещала с ним советоваться (пред тем, как сделать по-своему)!
К 12 годам Мишка стал настолько мудр, что перестал со мной ссорится, решив, наверное, победить меня самим фактом своего существования как Личности. А я успокоилась тем, что раз человек с таким упорством делает всегда мне вопреки, значит, что-то мое в нем есть!.. И мы перешли к мирному параллельному сосуществованию. Наглядность которого демонстрировали 2 стопки кассет - мой БГ и его рэп - по разные стороны магнитофона, молчаливый переход моих кроссовок в его гардероб и то, что сын ставит меня в известность: "Я на деньги за разгрузку записался сегодня на ночь в компьютерный клуб". Он философски относится к тому, что придется и в 6 классе учится второй год. На сетования домашних искренне отвечает: "Зато я лучше всех кросс пробежал!". И своеобразно льстит моему образованию: покупая чего-нибудь вкусное для меня, он часто сопровождает это лукавой фразой: "Когда поешь, напишешь мне доклад, - правда?"
2.Леша