В первое время после своего возвращения в Россию Анна жила в Москве, чем поначалу русская знать была очень довольна. Но вскоре выяснилось, что новая государыня — настоящая мотовка. И раньше соременники-иностранцы отмечали, что курляндский двор живет не по средствам. Герцогиня была вечно в долгах, и эти долги за нее выплачивала российская казна. Теперь эта казна оказалась в полном распоряжении Анны. Балы следовали за балами, маскарады за маскарадами. Сама императрица очень любила роскошные наряды, украшения, дорогую мебель и экипажи. Только на карманные расходы Анна Ивановна тратила около 45 тысяч рублей в год. На балах и маскарадах она никогда не появлялась в одном и том же платье. Этого же императрица требовала и от придворных. Сельское хозяйство не приносило тогда больших доходов, и у дворян не было денег, ради участия в дворцовых увеселениях им приходилось продавать деревни. Знать и служилое дворянство, заметно улучшившие свое экономическое положение при Екатерине I и Петре II, стали постепенно разоряться. А императрица этого словно не замечала.
Анна обожала лошадей. Многие часы она проводила в манежах и на ипподромах. На содержание царских конюшен также уходили колоссальные средства — до миллиона рублей в год.
Суммы, вращавшиеся при царском дворе, неумение и нежелание императрицы считать деньги были сильным искушением для вельмож. Среди царских министров, многие из которых желали поживиться за счет казны, стали нарастать противоречия. Разладились отношения и между всесильными фаворитами-иноземцами Бироном, Остерманом, Минихом и Левенвольдом. Они стали обвинять друг друга в том, что не могут эффективно управлять страной и препятствовать растрате и расхищению казенных денег. В спор этих крупных политиков попытался вмешаться видный представитель старинной русской аристократии А. П. Волынский и извлечь из этого конфликта собственные выгоды. Он не был фаворитом Анны, но на некоторое время ему удалось занять высокое положение при дворе.
