Когда Достоевский стал издавать свой «Дневник писателя» с ярко выраженной антисемитской направленностью, он получил письмо от девушки-еврейки, в котором она возмущалась несправедливыми нападками на свой народ и говорила о его многострадальной судьбе. Достоевский ответил ей на страницах своего журнала. Да, судьба еврейского народа — многострадальна, но разве у русского народа, столетия томившегося под игом крепостного права, судьба более счастливая?..
И в самом деле, судьбы обоих народов трагичны, хотя каждая из этих судеб трагична на свой лад... Сходство в одном: не только хорошие, но и плохие, скверные качества духовного облика любого народа коренятся в его прошлом... Да, в столетия (тысячелетия!) диаспоры, преследований и гонений, еврейство сохранило способность к выживанию в самых невыносимых условиях, сохранило стремление к знанию, книге, сохранило язык, традиции, а главное — Книгу Книг, основу европейской этики, европейского гуманизма... Но вместе с тем возникло стремление к приспособительству, к лицемерию и подхалимству перед власть имущими, упрочилась тяга к Золотому тельцу, возбуждавшего яростную ненависть Моисея /Исход, 32,17-30/.
Что же до крепостного права, о котором говорил Достоевский, то оно исказило, «испортило» то, что в свое время выразилось в принципах, на которых основаны были Новгород и Псков... Лев Толстой полагал, что жестокая Салтычиха являлась исключением, крепостное право в его представлении было чем-то патриархальным, удовлетворяющим обе стороны... Боюсь отклонения от основной темы, но считаю необходимым для понимания того, что происходило во время «перестройки», сделать несколько выписок из лекций В.О.Ключевского по русской истории.
«Юридическим содержанием крепостного права была власть землевладельца над личностью и трудом крепостной души в указанных законом границах. Но какие были эти границы власти? Что такое было крепостное право около половины ХVIII столетия?.. В царствование Елизаветы помещичье право наказывать крепостных было расширено законом: указом 1760 г. землевладельцам было предоставлено ссылать своих крестьян «за предерзостные поступки» в Сибирь на поселение. Жена по закону следовала за ссыльным, но малолетних детей помещик мог удержать при себе... Точно так же закон не стеснял продажи крестьян целыми семьями и в розницу, с землей и без земли.
В ХVIII в. правительство принимало челобитья на землевладельцев за жестокое обращение, производило сыски по этим жалобам и наказывало виновных. Однако в начале царствования Екатерины Сенат предложил Екатерине меры для полного прекращения крестьянских жалоб на помещиков. Екатерина утвердила этот доклад и 22 августа 1767 г. В то самое время, когда депутаты Комиссий слушали статьи «Наказа» о свободе и равенстве, издан был указ, который гласил, что если кто «недозволенные на помещиков своих челобитные наипаче ее величеству в собственные руки подавать отважится, то челобитчики и составители челобитных будут наказаны кнутом и сосланы в Нерчинск на вечные каторжные работы....» Этот указ велено было читать в воскресные и праздничные дни по всем сельским церквам в продолжение месяца.
Целое столетие, до манифеста 19 февраля, общественное, умственное и нравственное развитие происходило под гнетом крепостного права и пройдет, быть может, еще целое столетие, пока наша жизнь и мысль освободится от следов этого гнета.
По собранным в начале царствования Екатерины II справкам оказалось, что во многих губерниях крестьяне отдавали помещикам половину рабочего времени. Впрочем, в хорошую погоду заставляли крестьян работать на помещика всю неделю, так что крестьяне получали возможность работать на себя только по окончании барской страды. Во многих местах помещики требовали с крестьян четырех и даже пяти дней работы.
До нас дошли некоторые памятники господского управления и суда в ХVIII в. Граф Петр Александрович Румянцев составил наказ своему управляющему в 1751 году... Привыкнув к военной дисциплине, он установил строгие наказания за проступки и преступления крестьян. Такими наказаниями служили денежные штрафы от 2 коп. до 5 руб., цепь, палки и плеть. За нехождение в церковь без уважительной причины виновный платил 10 коп. в пользу храма. За самую малую кражу крепостной крестьянин наказывался отнятием всего движимого имущества и по телесном наказании отдачей в солдаты...
