От зверства «настоящих» патриотов.
И танки будут срочно введены
На Невский, на Арбат и на Крещатик.
Опять обманут жителей страны,
Что будет суд суров и беспощаден.
И надписи на стенах «Бей жидов»
Замажут краской, похоронят трупы,
Оденут изнасилованных вдов
В бесплатные солдатские тулупы...
Так будет, будет... Это так старо:
Молчанье — повитуха преступленья.
Молчит Собчак. Молчит Политбюро.
В молчанье коренное населенье...
Автор стихотворения — Марк Райзман, лауреат Государственной премии СССР. Под стихами была пометка: Томск, 1990 г.
И вот Руфь Тамарина прислала из Томска газетную вырезку, в ней говорилось: «Как и многие, кто знал Марка Райзмана, не могу отделаться от ощущения происходящего, когда вижу его портрет в траурной рамке...»
О себе он писал: «По происхождению я — еврей. Но по воспитанию я — сын русской культуры. Россия — моя единственная родина... Мы — оборонщики. Всю жизнь я и мои друзья работаем на военно-промышленный комплекс, создавая радиоаппаратуру, способную бесперебойно служить в условиях применения ядерного оружия... По профессии я систематик. И уверен, что большая система — наша страна — постепенно выйдет из кризиса... Россия — страна величайшего будущего....»
Таков он был, Марк Райзман, знавший, что такое антисемитизм и однако чувствовавший себя сыном страны, где и ради которой он жил.
Владлен Берденников, Алма-Ата
15.5.99
...Считаю долгом и для тебя обозначить то, как я сейчас думаю, чтобы между нами не оставалось экивоков, недоговоренностей, а главное — подозрений...
...Моисей, видя совершенно дикое окружение, в котором оказалось еврейство, и непреодоленную тварность самого еврейства, вынужден был сказать, дабы на этой, в общем-то, тварной основе приподнять Дух, что нравственные законы касаются исключительно еврейства и к не-евреям не имеют никакого отношения, а значит за пределами собственно еврейства перестают действовать... И дабы народ, его народ, получил организацию для духовного движения по восходящей, он предлагает строительство чисто еврейского рая на земле.
...Еврейство, к сожалению, не поняло слов Бога, переданных Моисеем, что Бог придет к людям, а не к тварям, что земной рай — это всего лишь духовное возмужание, а не экономическое насыщение. Но случилось именно экономическое насыщение, а потому, несмотря на извлечение человеческого в еврее с помощью ограничения нравственностью, духовного возвышения не случилось, так как Дух был заземлен на экономике, в нем возобладал практический разум, а это значит, вроде бы ограниченная нравственностью тварность не получила ограничения Духом и могла сколько угодно процветать...
