Парни переглянулись между собой и стали отходить в сторону в неуверенности как поступить. Я понял, что у Димки истерика, дёрнув за футболку вверх, я поднял его с земли. Обхватив рукой беснующегося парня, поволок к колонке с холодной питьевой водой, что стояла в центре двора, опустил его под кран, сказав парням качать воду. После того, как на пацана хлынула холодная вода, он замолчал и стал пытаться вырваться из моих рук. Поняв бесполезность попыток вырваться, он обмяк, прекратив сопротивляться, и только рваное дыхание выдавало минувшую истерику. Прижимая к себе безвольное тельце, я уже не был готов его пинать, злость спала, а без неё бить парня младше себя, даже за дело, уже рука не поднималась. Потом я ещё долго держал его рукой за воротник рубашки, читая нотации о поведении и его дурной голове. Через какое-то время пацан проникся и попросил прощения, сначала у меня, а потом и у приятеля.
Димка не появлялся во дворе пару дней. Вышел вечером на третий день, жаркие летние дни позволяли гулять допоздна, направившись к нам на футбольное поле, он встал возле ворот, где я стоял в роли вратаря. Пацан проторчал так пару минут, дуясь и краснея, явно не решаясь начать разговор, мне стало его жаль, поймав мяч, я позвал ребят к себе, подозвал Димку к нам и предложил играть с нами. Постепенно он втянулся в нашу компанию, стал неотъемлемой её частью. К сожалению, его постоянно подначивали и доводили, издеваясь над его припадками. Я не принимал в этом участия, но и мозгов, другим не позволять этого делать, мне тогда не хватило. Димка всё время старался держаться ближе ко мне. Немногословный, незаметный, замкнутый парень, постепенно он стал практически моей тенью, почему так, я не знал.
Очень часто мы с ребятами всей толпой ездили купаться на большую, глубокую реку. Так как мы все здесь выросли и всё здесь знали, нас всегда отпускали одних. Но Димка был приезжим, а бабка боялась за него и не пускала туда. Когда мы приходили с речки, то я видел Димку, сидящего одного во дворе. Он смотрел на нас с завистью и обидой. Мне тогда стало жаль его и я, взяв его за руку, потащил к бабке, чтоб попросить разрешения у нее брать Димку с собой на речку, под свою ответственность. Она сразу разрешила и уже на следующий день, Димка поехал с нами.
Когда мы приехали туда, все сразу побросали одежду кто куда и побежали в воду, я плавал лучше всех и потому плавал дальше остальных. А Димка решил отличиться, переоценив свои силы, увязался плыть со мной. Добравшись до середины реки, стал кричать, что нет сил, тону, ноги сводит, мне ничего не оставалось как стать для него спасательным кругом. То лето пролетело незаметно. В начале осени мне купили приставку для игр, одному было не очень интересно играть. Вот роль второго игрока Димка и занял, сядет на лавку и ждёт, позову я его играть или нет.
Через год наше совместное время препровождения почти сошло на нет. Я уже бегал за одной из девчонок в соседнем дворе, было не до приятелей, гормоны бурлили. Потом окончил школу и отправился поступать в столичный вуз. Уехав на шесть лет в другой город, только в первое лето приезжал домой на время каникул. Мой мелкий приятель старался при любых возможностях проводить время со мной, когда я появлялся дома. По приезду домой с дипломом, узнал, что родители Димки окончательно спились и исчезли в неизвестном направлении. Я встретил Димку через несколько дней, он вытянулся, почти догнав меня в росте, при приветствии всё также глупо улыбался. С парнями со двора у меня как-то не нашлось общих интересов, поскольку посиделки с сигаретами и бухлом в гаражах не прельщали. Мои попытки брать с собой Димку в город по девчонкам не приводили к результату, он замыкался и неохотно общался с ними. Потом стал ссылаться на занятость, подготовку к поступлению и прочими делами. Я не стал настаивать и больше не тащил никуда его, предоставив самому себе. А дальше, работа, неудачная женитьба. И вот спустя время мы снова встретились, только встреча оказалась не весёлой».
В палату вошел Рустам прерывая мои воспоминания, устроился в кресле.
— Паша, тебе подробно рассказывать или кратко?
— Давай кратко, всё-таки я психолог, а не медик и половины не пойму из сказанного.
