Илья поглядел ему в след, и в голове мелькнула мысль, что Сашку наверняка обрадует одно — то что свадьба Аллы расстроилась.
Дина отреагировала на известие о том, что Саша вернулся и разыскивает её, в своём духе.
— Вот смотрю я на тебя, Илья Луганский, и в очередной раз убеждаюсь с головой у тебя явно не всё в порядке! — с пренебрежением резко сказала она, — Если ты мечтаешь сбагрить меня обратно к Сашке, зачем полез со свое идиотской честностью? Кому она нужна? Мне? Сашке? Тебе? И что в итоге мы теперь имеем? Сашка мириться со мной не захочет. Одно дело ссора — у нас их было миллион, и совсем другой базар — измена! Кто тебя за язык-то тянул? Трудно было промолчать о том, что знаешь, где я? Сказал бы мне просто, что Сашка желает мириться. Я бы нарисовалась перед ним в подходящее время в подходящем месте, раз уже ему понадобилась. И всё было бы гладко — ты бы избавился от меня и не потерял бы друга… Ой, блин, мама моя! Молодец. Помог положению. Или, может, ты мечтаешь, чтобы я осталась с тобой?
Илья поперхнулся.
— Ну уж нет! Хватит с меня. Я нашёл тебе комнату, почти договорился о работе для тебя. Давай до Нового года уматывай!
— Как всё просто. Испортил мою личную жизнь и с глаз долой? Фигушки тебе.
— Это я испортил тебе жизнь??? — вскипел Илья, — пальцев не хватит пересчитать все гадости, которые ты сделала мне и другим!
— Под другими ты подразумеваешь, конечно, свою Гелочку? — не сдавалась Динка, усмехаясь Илье в лицо, — да ты сам ей нагадил достаточно! Думаешь, ей приятно было наблюдать, как ты на её влюблённых глазах баб меняешь? Ты хоть сам имена-то их помнишь, порядочный и честный? Ты каждой из них рассказываешь про остальных? Так мол и так, милая, прости, но вчерашнюю ночь я провёл с Маней — Таней… не могу молчать, в силу своей крайней правдивости. Да ни фига ты никому не говоришь! Трахаешь тёлок налево и направо без особенных моральных мучений. Даже собственную племянницу не пожалел!
— Заткнись! — рявкнул Илья.
— Не заткнусь! — в свою очередь рявкнула на него Динка. — наплевать тебе на всех! На Гелку, на Сашку, ну уж и, конечно, на меня. Ты сам меня сюда привёз — для чего? Если я ничья, то и тебе сгожусь хоть на одну ночь. А я вот возьму да и останусь здесь навсегда!
— Не останешься! Будешь выступать, я тебя прямо сейчас выпинаю. Обойдёшься без жилья и работы. Сама ищи!
— Ой-ой-ой! — захихикала Дина, а потом переменила тон и уже с надменным любопытством спросила — неужели ты выгонишь на улицу беременную женщину?
Илья непонимающе уставился на неё во все глаза:
— Кого? Какую ещё беременную?…
— Обычную, беременную, — спокойно пожала плечами Дина.
— Ты хочешь сказать, что беременная — ты? То есть, что ты — беременна? — ошеломлено спросил Илья.
— У тебя в башке не мозги, а мусор какой-то! Чего ты удивляешься? Что в этом сверхъестественного? Или ты до сих пор не знаешь, откуда берутся дети? — усмехнулась Дина.
— И когда ты узнала… — начал Илья, но Дина с тем же ядовитым смешком его перебила:
— Что, сроком интересуешься? Нормальный срок, самый подходящий… для тебя. Или для Сашки. Но к нему мне уж и не сунуться. Даже если ребёнок его — разве он теперь поверит? Так что отцом придётся становиться тебе!
— Бред какой-то! — вспылил Илья, — никогда не поверю, будто ты не знаешь от кого беременна!
— Вот, представь себе, такое случается, — хладнокровно хмыкнула Дина, пускаясь во все тяжкие. О том, что этот ребёнок никак не мог быть Илюшкиным, она ему признаваться не стала. Он своими откровениями с Саней поставил её в безвыходное положение, — узнать, кто отец можно будет только после родов. Ну а пока мне надо где — нибудь обитаться. Сашка не примет. А ты… неужели выгонишь?
Илья смерил Дину тяжёлым взглядом, развернулся и вышел из комнаты. Через минуту Дина услышала, как хлопнула входная дверь. Драгоценный Илюша спасался бегством.