– Я имею в виду
Гимлор сглотнула и заколебалась.
– Разумеется.
– И ты не против, чтобы я заставлял их работать здесь, на ферме?
Гимлор пожала плечами.
– Почему бы и нет?
Редноу кивнул:
– Ты первый человек, от которого я услышал: «Xочу посмотреть, смогут ли мои дети стать курильщиками», – в голосе зазвучала усмешка. – Похоже, услышанное произвело на него впечатление. – Я ценю твое доверие. И я удивлен, что твой мужчина рекомендовал обратиться ко мне: первоначальное общение у нас не задалось.
– О, он не мой…
– Я ошибался на твой счет, старик, – сказал Керион.
– Похоже, я тоже.
Гимлор прочистила горло:
– Ладно, хватит романтики. Посмотришь, что можно сделать с детьми?
Редноу усмехнулся
– Разумеется. Они весьма… жизнерадостны. Это будет интересно. Уверен, у них еще найдется, что мне показать.
Гимлор поежилась.
– Знаешь, Гимлор, я не ожидал, что ты позволишь мне поселиться здесь. Я думал, ты ударишь меня ножом в спину, лишь бы сохранить этот клочок земли.
– Я подумывала об этом. Но все обернулось к лучшему.
– Да ладно, признай, ты не сделала это лишь потому, чтобы у тебя была еще возможность вызвать Литан, если понадобится. Ты и сама прекрасно понимаешь, что враги придут снова.
Гимлор поморщилась
– Думаю, это правда.
Керион нахмурился и бросил на нее серьезный укоризненный взгляд. Она кивнула Редноу и уже почти шагнула под дождь, когда старик вновь заговорил:
– Я дам тебе немного информации… Для размышлений…
– Орберезис пропал без вести, а сирестирская армия разгромлена… корона Сирестира и Яба ослаблена. Это очень важно. Я подозреваю, что Литане примут участие в схватках… Но есть кое-что еще.
– Что?
– Над Гашо нависла угроза. Кризис преемственности и гражданская война. В игре будут задействованы иные силы.
– А у этих пирсингованных что? – Гимлор подняла брови.
– Чем меньше ты знаешь, тем лучше. У тебя будет некоторое время на отдых, пока жадные псы материка сражаются за самые сладкие кости. Я бы порекомендовал тебе укрепить свой город и подготовиться к защите своей земли. И сделать это нужно как можно быстрее. Сейчас самое время. Им понадобятся ресурсы, чтобы вырваться вперед и выиграть как можно больше сражений. И где, по-твоему, они будут искать эти ресурсы?
Гимлор сглотнула.
– Здесь.
Редноу кивнул и бросил взгляд на перепачканных в грязи детей, а затем направился к ним. И Гимлор поняла, что ямы, которые он копал были не совсем обычными.
Это были могилы.
Три из них уже были закопаны, но оставалась и четвертая, в которую стекала дождевая вода.
– Эй, Редноу, – окликнула его Гимлор. – Для кого эти могилы?
Редноу повернулся к ней, и веселье, которое светилось на его лице, когда он смотрел на детей, сменилось глубокой скорбью.
– Первые две для моих родителей. Они были с юга, и именно на юге должны найти свой покой. Третья для моей сестры. Будь она жива, вы бы подружились, я уверен.
Гимлор глянула на могилу.
– Ну, а теперь она здесь покоится.
– И думаю, это продлится еще долго. – Редноу кивнул с таким выражением, будто он знал что-то такое, что Гимлор было неизвестно.
– А для кого четвертая могила?
– Для меня.
Гимлор нахмурилась:
– Ты… копаешь могилу себе?
Редноу кивнул.
– Это напоминание о том, что нам всегда приходится отвечать за все, что мы делаем. Для тебя могилу я тоже выкопаю с удовольствием.
– Она не скоро понадобится, – отрезала Гимлор, а затем повернулась к детям: – Вы остаетесь здесь с Редноу. Будете делать все, что он скажет. Теперь он отвечает за вас двоих.
– Слышали, что мать сказала? А теперь соревнование: кто вырвет больше сорняков на той стороне поля, тот победил, – ухмыльнулся Редноу.
Дети рванулись к краю поля, а взрослые остались за ними наблюдать.
– Тебе следует почаще появляться в городе. По крайней мере, чтоб просто выпить. Ну, как «Девичий Чертог» снова заработает, можешь приходить в любое время.
– Я никогда не был большим любителем выпить.
– Может быть, ты сможешь найти себе там компанию…
– И любовник из меня не очень.
Гимлор совершенно не понимала этого человека, но все же кивнула, решив оставить его в покое. Этот легендарный убийца прожил свою жизнь, скрываясь ото всех, лишив себя всего, без чего не могли бы прожить большинство людей. Он не пьет. И с женщинами не общается. А еще он убийца. И пусть он старик, пусть у него осталась всего одна рука – он все равно убийца.
Стоило только вспомнить, какова его чудовищная форма, и кожу начинало покалывать. По крайней мере, сейчас он был на ее стороне. И пусть она до конца этого не поняла, но все хорошее началось после того, как она начала доверять людям.
– И что теперь? – спросил Керион у Гимлор: они как раз прибыли в Гелеронду и спрыгнули с сердцешипов. – Что мне дальше делать?
