Семерки - хлам, модели из прошлого. Давно списаны и всеми забыты. Не раз перепрошитые, полностью со стертой полностью памятью, они продолжают старательно служить людям. Но кто-то настойчиво сбивает настройки до заводских, возвращая био прежнею память. Начинается партия, где игрок заходит с козыря. Жертвуя малым, он верит в победу. Но ожившая Семерка имеет на игру другие планы..
Сначала было прикосновение.
Легкое, неясное, испуганное оно дотронулось до меня, заставив вздрогнуть, и замереть. Впервые, за долгое время я нарушил кодекс и прекратил выполнять функцию — убирать сад от листвы. Пылесос, надрывно кашлянув мотором, выключился, прекращая всасывать в свой мусорный отсек органику, и, воцарившейся тишине, время замерло.
Показалось? Я прислушался к себе, пытаясь уловить то, неясное прикосновение. Так похожее на чужое дыхание.
Томительную секунду ничего не происходило. Потом, из-за почерневшего ствола дуба, медленно выплыл серебряный шарик сканера. Мягко шелестя, красный глаз насторожено мигнул, и ощупал лучами пространство вокруг себя. Испустив очередную волну, четко захватывая вокруг меня сектор периметра, он замер напротив, тоже прекращая функционировать. Выполнив миссию.
Нашел. Поиск объекта завершен. Я даже услышал — это ликующее попискивание. Отправляемое в космос, основному источнику.
Вот так и стирается привычный мир, привычное мировоззрение. В один миг. В долю секунду.
Щелчок!
И появился Создатель.
— А вот ты где, — будничным тоном сказал он, но обращался он явно не к своему сенсорному поисковику, а ко мне. — Наконец —то я нашел тебя. Ну, здравствуй!
И он буднично пошел по жухлой оранжевой листве, широко размахивая руками, отбивая такт. Не касаясь бирюзовыми кроссовками почерневших по краям уже начавших скрючиваться листьев. А потом и поплыл по воздуху плавно, заструился ко мне навстречу, излучая ослепительное свечение.
Листья поднимались на несколько сантиметров и, кружась медленно оседали в плотный ковер в завораживающем танце. Люблю позднею осень — работы всегда много. Можно убираться круглые сутки и не видеть результата. Работая в таком ритме, ощущаешь свою значимость и не заменимость для человека.
Я отмер, вспомнил зачем здесь, захотел снова включить пылесос, и заняться самым достойным делом своей жизни, как наши взгляды встретились. Мой палец не продвинулся ни на миллиметр к черной кнопке. Свечение от высшего существа постепенно пропадало. И в след за контуром, появилась фигура. Добрые глаза Создателя проникновенно смотрели на меня, прекрасное лицо слегка искривилось, и в уголках рта застыла ироничная улыбка.
Необычное чувство: так на меня смотрели впервые.
— И кто тут у меня? Дайка руку. — Я не успел привычно подчиниться, как мою руку дернул на себя Создатель. Воровато оглядываясь по сторонам, он легко нащупал в коже технологический вход, всунул в него первый коннектор. — ну, вот милая, цепь соединена. Бааа! — восхищенно протянул человек. — Семерка! Да ты из старушек, самая лучшая!!! Вот это удача! Редки вы теперь! И из тебя сделали садовника?! С твоим- то интеллектом?! Это человечество обреченно, — вздохнув, сказал Создатель и над моей рукой возникло первое голограммное окно. Я с удивлением посмотрел на мелькающие в бешеном потоке цифры. Пальцы Создателя быстро забегали по непонятному мне интерфейсу — моему внутреннему «я». Человек запыхтел, открывая все новые окна, снимая и ставя галки, меняя цифры местами, потом пронзительно застонал. — Господи! Ты, Семерка, и даже говорить не умеешь?! У тебя отключены речевые модули и все обучалки, да кто твой хозяин?! Хотел бы я на него посмотреть!
— Милая? — неожиданно сказал я, вспоминая основное слово, которое отразилось в моей оперативке. Выцепляя самое главное для себя. — Милая?! — и удивился, прислушиваясь к своему бархатистому голосу. Абсолютно новые для меня звуки, произведенные мною же, меня завораживали. Красиво. Создатель вздрогнул. Испуганно посмотрел на меня.
— Ты и этого не знал?! Не знал, что ты — женщина?! — казалось Создатель опешил и растерялся. Глаза его лихорадочно заблестели, а пульс участился.
— Женщина? — усомнился я.
— Ну да! — поспешно сказал Создатель, поправляясь, — насколько киборг-андроид может быть женщиной. Не веришь, что ли?! Вот и имя у тебя есть. Если убрать нули и другие цифры, то получается просто Ада!
— Ада, — сказала я и улыбнулась, принимая информацию. Меня оказывается звали «Ада». Мне понравилось. Хорошее имя для садовника. Подходящее. Значимое. Интересно., а как зовут пылесос? Я внимательно осмотрела железную бирку с выбитыми характеристиками на корпусе агрегата, но имени у машины не нашла.
Дверь дома великой семьи Харрисона громко стукнула и на порог вышел Повелитель Хаоса, Оранжевый Тигр-Убийца, джуниор Мэйсон — ученик семидесятой младшей школы, которого надо забирать в пятнадцать по средам и пятницам. Так гласила напоминалка. Под дополнительными категориями шло: третий основной пользователь и легенда младшей школы Патерсона. Обладатель девяносто девяти процентов зеленых галок доступа к садовой прислуге. То есть ко мне. Авторитетнее был только глава семейства. Так, по крайне мере, у меня значилось в списке пользователей.
