- Никуда они не денутся. Только не надо им предлагать использовать их знания и профессии добытчиков. Упирать надо на пилотскую составляющую. Когда мы с братом уйдём дослуживать свой срок, Лёньке и Роу потребуются пилоты в пару. Нельзя работать без сменщика. В рубке многосуточный переход один не потянет. А без пилота на рабочем месте, в гипере особенно, искин взбунтуется. Нели, скорее всего, пересядет на «Манту». Ей тоже нужен второй пилот. У тебя есть Ирина. Вик, уже ясно, что запопал к Лили в плен. Роу пока будет с Тмели, но кто знает, что у той на уме. Может на освободившийся от нас с братом «Чакши» захочет. Она уже сказала мне, что будет меня ждать со службы. Тогда ещё одного пилота будет и не хватать. Но Роу в любом случае один на «Ошиле» не управится. Был бы Ким с более высоким уровнем КИПа, его бы проучили, а так, у него только пилотская ветка до средних, включительно. А большие корабли недоступны. Есть ещё Нина, но хотя, я и не эмпат, что то мне подсказывает, что быть ей вторым пилотом у Леонида, когда выучится, - и Руду ехидно улыбнулся, вдруг, покрасневшей физиономии Лёньки на соседней голопанели.
. Алекс оторопело взглянул на Ирину, а после её согласного «семафора» на миг прикрывшимися веками глаз, сопровождённого довольной улыбкой, уставился на Лёньку,
- Слышь, хмырь «вертолётный», а кто это не так давно меня в излишней скрытности обвинял, по поводу моих псионических талантов?
- Вы чё, там перемигиваетесь, колдуны чёртовы? – Взвился не выдержавший Лёнька, - Видали, семейка колдунская на мою голову! Фиг что от них утаишь! А от тебя, «грустный» братец не ожидал! Ладно, от Нефу, я его порой достаю, но ты то, зачем колдунам «стуканул»?
- Брат я или не брат! Как там у вас на Земле? Да за брата я кого хочешь не пожалею! – довольно отбивался от лёнькиного отчаянного наезда Руду. Ирина от души смеялась.
- Может мне не следовало бы слушать ваши разговоры, нири Ирина? – вдруг раздался голосок Лили, и только теперь все увидели её золотоволосую заинтересованно улыбающуюся мордашку на голопанели, отображающей кают-компанию «Чакши».
- Ксюха, тварь! Урою заразу! – в отчаянии завопил Лёнька, - Сашка, накажи эту стервозу железную за «конференцию»! Отомстила она, видите ли! Я и подразнил её совсем чуть-чуть, и видишь, что сотворила!
- А чем же ты её дразнил, Лёнь, колись, - сквозь смех поинтересовалась Ирина.
- Ну, … пообещал я ей, что комп с «Харила» пиратского обезличу и их с Брату на один диск загоню, чтобы посмотреть, кто кого? Может и сладится у них. Подумаешь, обиделась она, зараза! – обречённо поведал Лёнька.
- Вот видишь, Лёня! Искинша наша тебя за злоязычие достала, а ты на псионов бочку катишь! Вот, возьмёт Алекс, да как колданёт! И кому ты потом … без всего нужен будешь? – добавил керосина в костёр Руду.
- А тебе, «мелкий», теперь точно копец! – уже по инерции буйствовал Лёнька, - Как раз и отчитываться перед вашими СБ-шниками не придётся! Братцу твоему, кольцо в нос и на «цепок» в систему Грусть! «Рыбку» затрофеим, скажем, что без экипажа в пыли валялась, а мы и подобрали!
Брату все протоколы в конец попалит, и заживём!
- Лень, ну достаточно! Что ты так разнервничался? Всё будет хорошо, или мы не твоя семья? – урезонил разбушевавшегося друга Алекс.
- Что хорошо? Вы вот, ко мне прицепились, так это же пол беды. А про Нину вы подумали? Я ведь с нею и половинкой слова на эту тему ещё не перемолвился, вы же целую катавасию тут устроили. Не вздумайте к ней прицепиться. Тут ещё ничего не ясно. – продолжил уговаривать буйную компанию Леонид.
- Лёнь, всё будет хорошо. Я эмпат или кто? – наконец не выдержала лёнькиного нытья Ирина.
- Это хорошо, что ты эмпат, но я ещё и Лилю хочу попросить. Поаккуратнее с язычком, девочка. Нина ещё всего боится, а ты можешь и наехать, - никак не мог успокоиться Лёнька.
-Тут уже я могу тебя успокоить Леонид. Намедни, Нина что то не поделила с Кимом, так тот от Брату столько в русской лингве не почерпнул, сколько от Нины заполучил, в основном в русской женской составляющей. Даже я позавидовала, а бедняга Ким на полчаса цвет сменил, с сиреневого на лиловый. Так что вряд ли кто рискнёт Нину обидеть. – окончательно угомонила Лёньку Лили.
