Главное же, что уже начиная с третьего поколения, управляющие модули РТК оснащались встроенным специальным 3D-принтером, способным не только производить мелкие детали, комплектующие самих рем-дроидов, но и восстанавливать повреждённые в боях или под воздействием неблагоприятных условий космоса детали и системы корабля. Кроме того, в наборе дроидов обязательно имелось от двух до шести особо тщательно бронированных спецобразцов со встроенными малыми 3D-принтерами для планового или аварийного восстановления элементов корабля не подлежащих снятию и транспортировке к основному модулю для реставрации. Они же делали возможным и взаимную плановую реставрацию самих 3D-принтеров. В складах и трюмах хранился обязательный, регулярно пополняемый, запас ресурсов для поддержания работ по непрерывному самовосстановлению систем корабля.
Такая работа комплексов не прекращалась ни на мгновение. По чёткому графику снимались, транспортировались к принтеру управляющего модуля, реставрировались и возвращались на место или в трюмы, заменяя задействованные вместо них элементы ЗИПов, большинство из составляющих корабля. То, что снять для ремонта было невозможно, восстанавливалось, «выездной» бригадой с малым принтером, под обязательной охраной пары боевых дроидов.
Управляющие модули рем-комплексов оснащались мощными искинами, лишь на две-три единицы уступавшими в классности главному искину и обеспечивались серьёзнейшим софтом, позволявшим этим искинам в определённой степени подменять главного при его гибели или повреждении. Ими же в случае нужды частично подменялись функции управления медсектором и системами вооружения. Располагались эти модули, а было их обычно несколько на корабль, в самых защищённых и укромных уголках трюмов и обязательно оснащались автономными реакторами и накопителями, подключавшимися только в случае критического ослабления или гибели основной энергогруппы. Это превращало космический корабль в невероятно живучую систему.
При истощении собственных ресурсов дроиды изыскивали их в окружающем космосе, сначала собирая и утилизируя обломки, а затем приступая к разграблению ближайших корабельных «трупов». На обширных корабельных кладбищах Завалов веками не прекращалась тихая, а временами и весьма громкая война механизмов за ресурсы, запасные энерго-стержни и батареи для реакторов, за комплектующие к рем-дроидам... Это чем то напоминало своеобразную машинную «цивилизацию», неустанно сражавшуюся за «выживание» в металлических джунглях космических свалок. Проигравший сам становился ресурсом для победителей. Со временем, заканчивались все доступные внешние ресурсы и искин ремонтно-технического комплекса начинал «самопоедание», запуская в переделку на необходимые ресурсы, менее важные системы и детали корпуса и необязательного, для функционирования определённых главными систем, оборудования. Но чаще - это было возможно только теоретически. Агония техники пресекалась, как правило, раньше, истощением энергетических ресурсов или накоплением фатальных ошибок в софте управляющих искинов.
Теперь истоки необычайной живучести кораблей Содружества стали более понятны, но всякий раз, когда Виктор пытался представить себе эту многовековую схватку механизмов за ресурсы и «жизнь» на огромных свалках Завалов, его «техническую» душу буквально сковывало чувство, одновременно, восторга и ужаса от осознания ежесекундно там происходящего.
Поначалу производители РТК не чурались взаимозаменяемости рем-дроидов, независимо от происхождения управляющих модулей. Но, начиная с пятого поколения, сквалыги-производители Хакдана и Дживея стали застрельщиками эгоистичной специализации своих изделий. Постепенно, не удержались от соблазна закрепить таким образом за собой освоенные рынки и окончательно вытеснить с них конкурентов, производители всех остальных держав. Дольше всех держались старых позиций имперцы Антрана, но с шестого поколения ремонтно - технических комплексов в технологическую автаркию впали и они.
