– Национальная шлюха. – сверля взглядом. – Ты. – не отводя глаз, левой рукой указав на одного из троицы. – Командуешь группой. Жопой за груз отвечаешь. Если проебёте, живыми можете не возвращаться. – и резко развернувшись, удалился.
Усмехнувшись, чипованный оглядел сокомандников. Не разделяя радостных чувств, каждый обдумывал свою зону ответственности. Чуть помедлив, затем хмыкнув, он обернулся к проводнику.
– Какой-то ты потрёпанный. Знаешь дорогу?
– Знаю. – уверенно, хоть и не вполне осознавая происходящее.
– Отлично. Но поведу я. Можешь топать домой.
– Ему приказано идти с нами. – подал голос ново назначенный командир группы.
– Тхе. – с крайней степенью недовольства в голосе. – Похер. – и махнув рукой, пошёл по своим делам.
***
Отряд для похода через перевал, был больше двух прежних. Носильщики с автоматами, пулемётный расчёт, марксамн, и прикреплённая четвёрка, отличающаяся обмундированием от всех прочих.
Отец был обескуражен и подавлен. Для него не оставалось ни шанса. Получив второй отказ на облёт маршрута безбилетником, инженер группы поднял в небо собственный квадрокоптер и, наблюдая с высоты птичьего полёта, повёл группу, отстранив проводника от единственных рычагов управления. Время начинало поджимать. И без того нестабильное состояние дочери, лихорадка, сопровождаемая приступами, могла усугубиться в любой момент. Те кроши, что удалось собрать в шприц после прошлого нападения, не были гарантией даже для отсрочки.
Тропой, через овраг, до минного поля, кустами к столбу и дальше. Ровно тем путём, что предполагалось, но без помощи со стороны.
– Эй. – не с того не сего, обратился мужчина, споривший с командиром. – Откуда такие глаза?
Чуть помедлив, подбирая интонацию, Фок тонко улыбнулся.
– Пострадал по вине сына одного богача. Его отец возместил утрату.
– Да? Модель то не гражданская.
– Ага. – с гордостью и застенчивостью. – Списали специально для меня. Если бы не индивидуальная блокировка, давно бы уже их лишился. А богач тот, с семьёй своей, уже давненько прикопан. А я живу, зарабатывая этими глазами. – он подмигнул.
– Земля ему стекловатой. – интонация без капли сочувствия к обеим сторонам. – Ты уже ходил с ними? – кивок в сторону шедшей неровной колонной группы местных.
– Они, бывшие бандиты, получившие индульгенцию в обмен на лояльность новой власти. – сразу смекнув чего от него хотят. – Сброд. Всё хорошее уже давно выбрали и растащили по подразделениям. Но платят исправна.
– Почему пешком? В наше время дронов.
– Автоматические системы по ту стороны горы исправны и по сей день. Сбивают.
– Чистить пытались?
– Пытались. Только, поди их найди по лесам. Спецтехнику не выделяют, вот они и ходят пешком. А мы водим.
Узнав, что хотел, задумавшись о чём-то своём, командир профессионалов невольно сбавил шаг.
Первые валуны, разрушенная непогодой дорога, фундаменты пары зданий. Редкий, но густой кустарник, пробившийся на месте старых пожаров, перемежался обгорелыми стволами мёртвых сосен. Серо-бурые выходы породы, серое небо с редкими просветами, тёмно-серые отроги на горизонте.
Отяжелевшие ноги, с трудом делали новый шаг. Пульсируя, череп сдавливала боль. Израненные руки саднило и жгло. Но останавливаться было нельзя. Остановка, была не просто губительна, за ней последовало бы целых три смерти. Новый шаг, ещё и ещё. Не отставая от впереди идущего, непрерывно обдумывая и изыскивая возможности для диверсии. Точка невозврата была всё ближе, а идей не появлялось.
Привал объявили через три часа пути. Нагруженные холодильниками, вдобавок к своему обычному обмундированию, бойцы тяжело переносили подъём и горный воздух. Взмокшие от пота, они уселись куда придётся. Пара, евших ягоды вслед за проводником, сбросив себя обмундирование, направился в ближайшие кусты.
Отличная мысль, пришло внезапно. А вместе с ней и ужас провала. Но выбирать не приходилось. Начав разминать суставы, громко хрустя членами, всем видом показывая, что не устал, лицемер закинул наживку. Долго ждать не пришлось.
– Ты. – с трудом выдыхая слова, обратился один из солдат. – Иди сюда.
Проводник подчинился.
– Стой так. – сняв с себя холодильник, боец нацепил его на шедшего порожняком, бесполезного члена группы.
Пошатнувшись, он попытался сделать шаг, но перевесившая ноша потянула к земле.
– А ну бля! – схватив за холодильник.
– Отвечаешь за груз всё равно ты. – басисто напомнил старший группы, среди бойцов называемый Чештыч.
Вытряхнув слабака из лямок, и сопроводив его парой пинков, боец вернул всё на свои места. С трудом, словно пьяный, Фокус встал на четвереньки. Острый взгляд быстро обежал собравшихся. Никто не предал внимания тому, что он упал на оставленные засранцами вещи. Через пару минут те вернулся и обсмеянные сослуживцами, облачившись, также упустили из внимания, опустевший карман для гранаты.
– Рацию следует переключить только на исходящие. – заговорил чипованный, когда большая часть личного состава перевела дух. – А лучше вообще вырубить.
Вдохнув чтобы возразить, Чештыч задумался, затем кивнув, распорядился.
– На кой ляд? – спросил один из сержантов.
