- Лен? – Стас продолжает выжидательно на меня смотреть.
- Кажется… возможно… не уверена… я работала там… - сейчас я не задумываюсь, стоит ли ему это говорить. Эмоций так много, что я просто не могу держать их в себе. Я должна поделиться.
Почему я не помню, как работала в столице? Когда это было? Почему мама ни разу не упоминала этого? Потому и город мне знаком, не знаю сколько, но я тут жила. Хотя я была уверена в обратном. Что еще я забыла?
- В кафе «Мадлен»?
- Да…
- Я выясню, - его практически черные глаза впиваются в меня, проникают в душу, и в их отражении я вижу себя… испуганную, сбитую с толку…
- Не надо… - из горла вырывается жалобный писк, его сдавил спазм.
- Надо, - разворачивается и заводит машину.
Прижимаю к себе доченьку и дрожу. Глаза сухие, но внутри я рыдаю, беззвучная истерика сотрясает меня. Не позволяю ей выйти наружу и напугать Анютку.
Осознаю странную вещь – я боюсь вспоминать. У меня такое ощущение, что правда сродни локомотиву, который лишь только приблизившись растопчет меня под своими колесами.
А ведь я ничего плохо не вспомнила. Просто свою работу в кафе. Но… я не могла там работать! Или могла? Как чувствовала, не стоило сюда ехать.
- Что ты еще вспомнила? – голос Стаса глухой, ровный.
- Ничего больше… А твоя жена… она работала в кафе? – вот кто меня за язык дергал? Зачем задала этот вопрос?
- Нет. Никогда. До нашего с ней знакомства она работала в фирме моего партнера по одному проекту.
А чего я ожидала? Что мифическим образом окажусь его женой? Бред! Но страх меня все больше сжимает, словно я подобралась к собственному ящику пандоры, приоткрыла коробку и уже поздно закрывать крышку… механизм запущен.
Всю оставшуюся дорогу, я пыталась себя убедить, что ничего страшного не случилось. Это всего лишь старые воспоминания. Ну, работала я в столице. Это что преступление?
Мы подъехали к высоченному кирпичному забору. Ворота открылись, и я увидела громадный особняк в темно-коричневых тонах.
- Ого! Как красиво! – всплеснула руками Анютка.
Я ее восторга не разделяю. Мне страшно. Мы тут во власти незнакомого мужчины. И этот дом… не знаю, что с ним не так. Но он мне определенно не нравится. В голове мелькает какая-то мысль, но я не могу за нее ухватиться.
Стас вышел из машины, открыл заднюю дверцу, взял малышку на руки и подал руку мне. Я проигнорировала его жест. Вышла самостоятельно. Меня шатает, ноги ватные. Надо успокоиться. Паника только мешает.
Мы поднимаемся по фигурным лестницам. А для меня каждый шаг – пытка, словно иду по раскаленным углям.
- Зачем тебе такой большой дом?
- Это дом моего отца. Я переехал в него два с половиной года назад. В моем доме… там невозможно жить, - он ответил ровно, но в каждом звуке улавливается боль, она проникает мне под кожу, усиливает неясное, но отчетливое чувство тревоги.
С трудом заставила себя переступить порог. Так хотелось развернуться и убежать куда глаза глядят. Роскошная обстановка, стильно, мрачно, неуютно. Поежилась и обхватила плечи руками, меня знобит. Все нервы.
- Так, так, так, - справа раздается звонкий женский голос, цоканье языка, - И кого это драгоценный Стас притащил в дом?
Очень медленно поворачиваю голову. В дверях стоит девушка, шатенка, очень худая, на высоченных каблуках, броский макияж. Сразу видно – столичная фифа. Под руку она держит высокого мужчину…
Он ловит мой взгляд… холодная сталь его глаз мгновенно полосует душу, разрезает ее на куски, порождает неконтролируемый утробный ужас. Делаю шаг назад, хочу крикнуть… а в горле ком… хочу разорвать зрительный контакт, но он слишком крепко держит…
- А кто тебя приглашал, Слава? – Стас морщится, словно от зубной боли.
- А мне надо приглашение, чтобы проведать любимого братика? – парирует девушка.
Я слышу их разговор фоном. Меня продолжает бить озноб, никак не могу побороть оцепенение… этот мужчина… я раньше его видела в кафе…
«- Покорен, сражен, брошен к вашим ногам, - он улыбается, его глаза очень странные, будто на дне их плавится сталь, и они затягивают в эту серебристую воронку, путают мысли и вызывают головокружение. Я стою и не могу оторвать взгляда, это сродни гипнозу.
Мужчина однозначно красив, но в нем читается скрытая опасность.
- Вы уже определились, что будете заказывать, - стою перед ним, переминаюсь с ноги на ногу с блокнотиком в руках.
- Вас… один взгляд и я потерял рассудок, - его глаза горят серебристым огнем, но отчего-то веет холодом.
Он меня заинтересовал, роскошный, галантный, таинственный.
- Не стоит преувеличивать, - невольно покраснела.
- Я Константин, а вас как зовут, прелестный цветок? – закусывает нижнюю губу. Они у него полные, ярко-красные, сочные. Вроде бы он ничего такого не сделал, а я чувствую себя неловко. Никогда еще не терялась в присутствии мужчины. Но в нем есть нечто неуловимое, что выбивает почву из-под ног.
- Лена… и я на работе… Прошу, сделайте ваш заказ, - мне еще не хватало сплетен коллег. У нас хозяйка не любит, когда ее персонал заводит шашни с клиентами. А мне моя работа дорога. Но не могу не отрицать, что этот мужчина меня заинтриговал.