Отлично, теперь шеф еще мне оправдания ищет. Приплыли. Это сюр какой-то, ничего общего с реальностью не имеющий.
Псих больше ни слова не произнес. Просто за талию меня подхватил и понес. Я уже было рот открыла, хотела нецензурной бранью обложить, сказать все, что о нем думаю. Как заметила что мы под прицелом любопытных глаз. Все с кем работала бок о бок, созерцают представление. Все еще хуже, чем думала. Онемела, крик отчаяния в горле застрял. Позволила себя унести. Только бы скорее сбежать от любопытных глаз.
Усадил меня в свою белоснежную дорогущую машину. Пристегнул ремнем. И за руль уселся. А я перевариваю события и никак в себя не приду. Шоковое состояние. Вот так один дурацкий эпизод может лишить покоя, поломать спокойную размеренную жизнь.
- Вы… вы представляете, что натворили? – лихорадочно ищу в сумке салфетки, чтобы глаза протереть, из них предательски слезы льются. – Зачем вы на мою голову свалились?
- Оплачиваемый выходной тебе организовал, - он ведет машину и то и дело на меня косится. Взгляд чернеет, в глаза странный блеск появляется.
- А мне не надо! А нет одно все же надо, чтобы вы исчезли, и я забыла вас как страшный сон! Вы опозорили меня, теперь судачить люди будут!
- Тебя так волнует о чем бабы трепаться языком будут? – усмехается, хищно так.
- Вы уедете, а мне жить с этими людьми! – я все еще кричу. Не могу унять дрожь в теле, взрыв бешеного адреналина никак не отпускает.
- Это еще под вопросом, - сказал очень тихо. То ли себе, то ли все же мне.
- Лечиться не пробовали? Вам никто не говорил, что с головой того… проблемы?
- Пробовал, - серьезно так отвечает, и по коже неприятный холодок пробегает. Словно за этим коротким ответом адская боль спрятана.
- Остановите машину. Я выйду, - говорю чуть мягче, спокойней.
Мне страшно, что он в следующий момент выкинет. Мужик явно без тормозов.
- Нет.
- И все просто «нет»?! – снова закипаю. Ну как вот так можно, одним словом во мне все внутри перевернуть? С ним как на вулкане, никогда не знаешь, когда рванет.
- Да.
На дорогу уставился. На меня больше не смотрит.
- Куда вы меня везете? – а меня распирает, не могу молчать.
- Куртку тебе купить надо. Продрогла вся пока на работу дошла, - дергаюсь, как от удара. Следил за мной. Меценат недоделанный.
- Еще раз повторяю, не надо мне от вас ничего! И забота ваша гнилью пахнет, - хотя про куртку ошарашил, снова. Уже думаю, привыкла к его выходкам, он все по новой почву из-под ног выбивает.
- Раз твой муж спокойно смотрит, что жена второй год и зимой и осенью в тонкой куртке ходит, то ничего с тобой не случится, потерпишь мою гнилую заботу. Зато в тепле будешь, - ухмыляется. Сворачивает на центральную улицу.
Смотрю на его руки, большие, ногти аккуратные, ровные. Машину уверенно ведет, держит руль по особому, грубо и в то же время будто ласкает. Мотнула головой, прогнала наваждение. А рядом с ним уже сама сходить с ума начинаю.
Смысл его фраз доходит не сразу. Я до сих пор в шоковом состоянии. Эмоции так быстро сменяют одна другую, что не успеваю разобраться. Он копался в моей жизни настолько, что знает, в чем я два года назад ходила. И это всего за ночь! Жутко становится. И в голове не одной здравой мысли, как от него отделаться. Может, узнать чего прицепился? Ведь если пробил, то уже понял, что я не та.
- Не в вещах дело. А в отношениях. А я счастлива! - выпаливаю с запалом. – Да, у нас нет денег. Но это ни о чем не говорит.
Остановил машину. Посмотрел на меня долгим пронзительным взглядом, будто в душу пробрался и там без стеснения хозяйничает. Вышел из машины, дверь с моей стороны открыл. Помог мне выйти. Под локоть взял и к нашему торговому центру ведет. Дорогущему. Я туда и не захожу никогда, чтобы себе душу не травить красотой.
- Будешь убегать, делать глупости, найду и тогда разговаривать иначе будем, - сказал будничным голосом. Но я угрозу на физическом уровне ощущаю.
- А сейчас типа вы сама любезность? - фыркнула
- Именно так, Лена, - и снова мое имя как ругательство звучит.
Глава 3
Ведет меня по торговому центру. Я по сторонам головой верчу, слепит от роскоши.
- Отвратительное место, - изрекает псих.
- По-моему, отвратительное тут не место, а кто-то другой, - фраза сама вырвалась. Слишком я взвинчена, слишком его много за последние сутки в моей жизни.
А он вдруг рассмеялся, так заливисто и звонко, что смех его мне под кожу иголками впивается. Резко останавливается, ловит в капкан своего бесовского взгляда. Смех замолкает, словно кто-то нажал на кнопку, стер улыбку с его губ.
- Когда всеми силами пытаешься склеить разбитую чашу семейной жизни, день изо дня острые края ранят тебя, и чтобы не выть от боли, ты врешь себе, так ведь меньше болит. Верно? – он словно залез мне в душу, бессовестно вывернул все наизнанку, потоптался грязными ботинками и ушел.
Рука сама поднялась, пальцы горят, так хочется ему врезать. Но он перехватил мою руку. Поцеловал ладонь. Прикосновение его губ, мягкое и одновременно жесткое, оно опаляет, зажигает непонятный огонь внутри.