Остаток дня я провела с детьми. Какое счастье, что с ними все хорошо. Расцеловывала крох, смеялась и постепенно тревоги отходили.
Константин заверил, что к палате Стаса никто и на пушечный выстрел не подойдет, и в этом вопросе я ему верю.
Заснула вместе с детьми в обнимку. Это поистине счастье. Стараюсь не думать, как смогу жить вдали от дорогих сердцу парней. Малыш же мне как сын, а Стас, он единственный… увы, не мой.
А наутро меня ждал сюрприз. Стас приехал сам. Сказал, что в больнице ему делать нечего, и все необходимые лекарства он купил. Проще просто ездить на перевязки. Мы позавтракали все вместе. А потом появился и Константин. Недосказанный разговор повис в воздухе. Откладывать его бессмысленно. Пришло время расставить все по местам.
Мы втроем перебрались в соседний номер.
- Давай выкладывай, Костян, - Стас расположился в кресле, полулежа. Ему еще трудно ходить.
- Константин, ты же познакомился со мной, ухаживал, снял квартиру, все это наводит на определенные мысли, - сразу же озвучиваю свои подозрения.
- Сначала я просто хотел тебя склеить. Так сказать, забыться. Я такое практиковал часто. А потом в мою голову пришел план, как тебя использовать, - он сидит напротив нас, закинул ногу на ногу. Лицо не выражает никаких эмоций. Закрыт, неприступен.
- Использовать, для компромата?
- Начну сначала, чтобы было понятней, - ухмыляется. – Ты помнишь, Стас, как я запал на твою сестру. Она мне все кишки вывернула и намотала на свой кулак. В момент превратила в своего верного пса. Я помешался на ней. И был счастлив, как полоумный идиот, когда она согласилась выйти за меня. Но потом оказалось, что я еще и рогатый идиот. Слава и не думала изменять своим привычкам. Я порывался от нее уйти. Много раз практически удавалось. Но она все равно меня возвращала. Зависимость. Неизлечимая болезнь. Я не мог без нее. Дышал ей. Но когда я в очередной раз решил резануть по живому, она сообщила о своей беременности. Я был на десятом небе от счастья. Лелеял мечту, что все изменится. Ведь у нас будет малыш. А она тем временем плела свою сеть. Влезла в долю в моем бизнесе. Причем так искусно манипулировала, что я нескоро опомнился. Любовь делает из нас кретинов. И я однозначно им был. А потом я узнал, что ребенок погиб. И обезумел от горя. А вместе с этой новостью, закрались подозрения, что ребенок мог быть и не моим. Тогда я впервые узнал о ее любовнике. Сначала ушел в загул. Забывался, где и с кем мог. Даже не помню, сколько месяцев длилось мое беспамятство. В тот момент ты мне и попалась, Лена. А потом решил, что пришло время мести. Я снял тебе квартиру, чтобы привязать к себе, сделать должницей.
- Чтобы я нарыла компромат на Богдана? – высказываю догадку.
- И если получится свести вас вместе. Чтобы она мучилась, что ее обожаемый мужчина, по ком она сохла, предпочел другую. А Бодан действительно стал оказывать тебе знаки внимания, чтобы позлить Славу, которую он ревновал ко мне. Этот гнида, он был с ней все время. Еще до нашей с ней свадьбы. Они хотели использовать меня. А я захотел его разорить, превратить в ничтожество.
- Так это ты его подставил и посадил? – Стас аж поддается вперед.
- Конечно, я. Но и тут он выпутался, отсидел слишком мало. Слава постаралась. Но бизнес он потерял. А дальше и вовсе скатился. А ты, Стас продолжаешь с ним нянчиться. Спасаешь своего дружбана.
- А Ульяна? Как ты с ней связан? Я была уверена, что ты подселил ее в квартиру, - нервно сминаю край блузки.
- Я был поглощен своей местью. Мне было плевать, кого ты там подселила к себе в квартиру. Подруга так подруга. Это уже позже я увидел ее со Стасом.
- И почему мне ничего не сказал? Ты ведь, по крайней мере, знал, что она сменила имя?
- Как и ты не сказал мне, что мой ребенок жив. Да, Славка мне все рассказала, как ты помог ей разыграть смерть и нашел семью для усыновления. Убедил ее, что так будет правильно. Потому что всецело покрывал их союз с твоим другом Бодей. Она мне и доказательства привела. Твои фото с семьей, которая усыновила ребенка. Я допрашивал врача, с которым вы все провернули. А я ничего не знал! – эмоции прорывается, в стальных глазах отчаяние. – Ничего не сделал! И моя доченька погибла. Даже если не моя…она моя… Как же я хотел этого ребенка… от Славы. Ее светлую частичку.
- Костя, я узнал, о том, что сделала Слава, уже после всего. Когда девочки не стало. Случайно выяснил. Не стал говорить, чтобы не бередить раны…
- Как не знал… - на лице Константина растерянность.
Будто только что ему выбили почву из-под земли.
- А ты думаешь, если бы я узнал раньше, я бы такое допустил? – Стас вскакивает с кресла. Морщится от боли, но подходит к нему вплотную. – Да я бы сам забрал девочку. Воспитывал бы. Но не позволил ее усыновить чужим! Кем ты вообще меня считал? Как такой бред в голову пришел?