– У этого двадцать четыре режима сверкания, – пояснил приказчик Лахдже. – А вот отсюда можно запускать салют и пулять водяной струей, только не забывайте манозаряжать. Но это мальчиковый посох!.. а для девочек у нас вот такие скипетры и фейские палочки! Смотри, смотри!.. вот со звездочками, вот с бантиком, а вот с головой единорога!..
Вероника равнодушно посмотрела на ряды кремовых, золотых, голубых, розовых и еще более розовых палочек и прижала покрепче к груди посох.
Лахджа посмотрела на ценник. Ох… ладно. Это, конечно, не двести орбов. Глупо жадничать после того, как она растранжирила на демона в бутылке их годовой бюджет.
– Астрид, ты определилась с подарком? – устало спросила она.
– Ща-а-ас!.. я думаю!..
– Суть Древнейшего, возьми обеих!
– Да!
– Но потом не ной, что у Вероники есть волшебный посох, а у тебя нет.
– А мне и не нужен посох! – фыркнула Астрид.
Лахджа расплатилась и вывела дочерей наружу. Теперь последняя остановка, и домой. Что-то Майно задерживается… паники по-прежнему не слышно, но какое-то напряжение ощущается. И мысли закрыл, явно не хочет, чтобы отвлекали.
Следующий магазин был любимым у самой Лахджи. Но сегодня она покупает не для себя. Они с Майно долго совещались и решили сделать Астрид на день рождения по-настоящему хороший подарок. Все-таки завтра идет в школу, важная веха в жизни.
– Мир тебе, Зукта, – сказала Лахджа, распахивая тяжелую дверь. – Найдется подходящее Ме для шестилетнего демоненка?
Магазин Зукты – одно из самых особенных мест в Валестре. Как и Вератор, Зукта – лауреат премии Бриара второй степени. И как и Вератор, он оказывает уникальные услуги.
Продает, покупает и обменивает Ме.
Заходят к Зукте так же редко, как к Артуббе. Он не торгует ширпотребом, большинство лотов – единственные в своем роде, и почти все – очень дорогие.
Некоторые – просто безумно дорогие. Они по карману только величайшим из волшебников, но именно им как раз и не нужны. Скорее всего, их у Зукты покупают гости из-за Кромки или богатейшие неволшебники. Всякие короли и магнаты, раджи и олигархи.
Богатство этого лавочника аж било в глаза. Его магазин напоминал пещеру Аладдина – кругом золото, драгоценные реликвии, картины в усыпанных самоцветами рамах. И посреди этого на куче подушек курил кальян сам хозяин – очень толстый ямсток в золотой пекторали, массивных браслетах на руках и ногах, тяжелых серьгах, разноцветных перстнях, диадеме-венке. Он сам походил на ходячий склад украшений, причем серебряным среди них было лишь одно – медальон на груди.
Вдоль стен тянулись застекленные витрины. В них на бархатных подушечках покоились булавки с драгоценными камнями – и в каждом, словно орешек в скорлупе, пряталось какое-нибудь Ме.
Но на виду были только самые простые, ходовые. Свои подлинные сокровища Зукта держал под замком. Однако и выставленного напоказ хватило, чтобы Астрид разинула рот и принялась бегать, разглядывая булавки и сопровождающие их микро-иллюзии.
Зукта снабжал ими каждый товарец. Коротенькая демонстрация, показывающая, что это Ме делает, для чего предназначено. Зажечь огонь без спичек, сотворить яблоко, найти воду в пустыне. Пустяковые фокусы, аналог простых заклинаний – но им не нужно учиться. Не нужно быть волшебником, не нужно годами штудировать учебники – нужно просто выложить несколько монет.
Особенно много было на виду Ме информационных. Самых разных – от знания эльфийского до умения фехтовать. Зукта производит их сам, покупая ненужные навыки у стариков и запечатлевая на головках булавок в виде Ме.
Такие стоят недорого, и берут их обычные люди. Простому смертному много Ме, даже мелких, не навесишь, а демону от них проку чуть.
– Мир и процветание моей самой любимой покупательнице, – сочным, густым голосом произнес Зукта, пожимая один из своих перстней. Из пола выскочил приземистый столик с чайным набором и засахаренными фруктами. – Какие прелестные у тебя отпрыски. Надеюсь, ты никуда не торопишься? Я не отпущу тебя, пока мы вместе не насладимся чаем и приятной беседой.
Астрид с готовностью уселась за столик и уставилась на Зукту.
– У меня день рождения, – сказала она так, словно Зукта обязан в связи с этим что-то предпринять.
– Поздравляю! – сказал Зукта, приложив руки к груди. – От всего сердца, от всей души – поздравляю!
Астрид немного подождала. Продолжения не последовало. Мама усадила рядом с собой Веронику, чинно отхлебнула из фарфоровой чашечки и сказала:
– Мне Ме для дочери. Не слишком великое, но полезное. И, конечно, не проклятое. Без нюансов.
Зукта приложил пухлые руки к груди, улыбнулся и сказал:
– Звучит довольно дорого. Сейчас поищем что-нибудь.
– Только… я тут немножко поистратилась, – сомкнула пальцы Лахджа. – Но я готова к бартеру…
Последнюю фразу она произнесла кисло, слегка ненавидя содержимое бутылки, которую купила у Артуббы.
– О! – загорелись глаза Зукты.
– Я не отдам свои лучшие Ме! – поспешила предупредить Лахджа. – Ни один ребенок этого не стоит! Но у меня есть Создание Ложки… Зеленый Цвет…
