Семьянин [СИ] полностью

— В точку! После смерти мужа, в Айзенерде она стала не нужна, а скорее опасна. Не нужна — из-за того, что через неё нельзя воздействовать на кого-то реально управляющего герцогством. Сама она не захотела получить хоть какие-то рычаги влияния, потому её даже не подпустят к воспитанию сына. Правда, мамаша и сама к тому не особо стремится. Люди говорят «мать должна воспитывать», вот и она повторяет ту же фразу. Лаура родила наследника, но оказалась не готовой стать воспитательницей государя. Ей бы хотелось лишь сидеть на троне в красивом платье, блистательной короне и увешанной драгоценностями, слушать славословия в свой адрес, а для решения проблем вызывать из тени трона Стаха.

— Это я так ей сказал.

— Знаю. Оно случилось, когда романтичная дурёха предложила первому попавшемуся симпатичному мальчику вместе с ней сбежать из дворца. Повезло, что парень оказался не дурак. Ему повезло. Но понимаешь, Стах — что простительно юной принцессе, может стать смертельно опасно взрослой женщине. Тем более, государыне и матери наследника. Самодурство — это одна грань кристалла, её изо всех сил маскирует доверенная статс-дама. Но есть и другие грани, которые не спрятать. После того, как Эдмунд вытянул деньги из приданого, Лаура затянула шнурки кошеля. Правильно она это сделала?

— Трудно сказать. С одной стороны, Эдмунд взял деньги не на гулянки и кутёжи, а на неотложные нужды герцогства. С другой… Не скажу — не знаю, какие отношения и договорённости у него были с женой. Постороннему человеку трудно понять отношения между супругами.

— Соглашусь. Положение в Айзенерде было аховое, приданое Лауры сильно помогло. Это показало её в наилучшем свете, тем более, что распускались самые лестные слухи про «государыню». Наши тоже не оставались в стороне, но герцогинюшка не соблаговолила ударить палец о палец, чтобы даже не развить, хотя бы закрепить результат. Сейчас мужа нет, сложилась репутация… скажем мягко… не политика, а потому кроме положенной вдовьей доли и титула великой герцогини-матери ей ничего не досталось. Это бы ничего, ведь доход от Зеленоземья во много раз превосходит содержание от великого герцогства. Содержанием стоило бы пренебречь и разменять золото на репутацию в Айзенерде, но… это не Лаурино. Не надо думать, что моя племянница жадная! Недавно полученная выплата от Зеленоземья уже хорошо так потрачена. Почитай!

— Кружева, бриллианты, аметисты, атлас, снова кружева… Что это?

— Суммарные траты с начала года, после того, как Зеленоземье выплатило своей герцогине положенную сумму. Посмотри число вверху страницы под заголовком «Приход». Как тебе? Солидно, да? В расходах не отражены траты на придворных, помощь Айзенерду или что-то подобное — на такое золота не нашлось. Зато остальные строки точно доказывают, что Лаура не жадина, а мотовка. На себя, любимую, она денег не жалеет.

— Соглашусь… тётя. Но зачем?.. Она даже балов не устраивает!

— Не устраивает, но и не носит подряд одинаковые наряды и украшения. Как думаешь, хорошо ли принимают подданные нищей страны такие расходы своей государыни? Пусть даже деньги её личные.

— Понимаю.

— Ещё не всё. Щедрому господину его люди прощают любые мелкие грешки. Средние не замечают, а следы крупных помогают скрывать. Но оно верно для сюзеренов, милостивых к вассалам.

— То есть, не к предмету нашего разговора.

— Именно!

— Значит, ей есть, что скрывать?

— У всех нас свои секреты. Ты не ревнуешь свою прошлую любовницу, потому скажу — Лаура беременна и собирается рожать.

— Свалить на покойного Эдмунда можно?

— Легко! Если бы было достойное пожертвование в казну герцогства. Но государыня упёрлась, а потому вклада не предвидится.

— Если проблему можно решить деньгами, это не проблема, а расходы.

— Именно так! Но Мариана за Лауру платить не хочет, у меня тоже есть куда потратить дукаты, а среди верхушки Айзенерда кое-кто знает о неспособности покойного герцога. Наследника признал лично муж и отец. Но он умер, сейчас козыри в других руках — можно подождать приноса новорождённого в Храм, а там потребовать проведения ритуала Испытания Крови. Супружеская измена великой герцогини станет известна всем подданным. Скандал!

— Скандал никому не нужен. Можно же как-то решить вопрос. Проще деньгами, но есть и другие подходы.

— Есть. Карл уже нашёл решение — герцогиня год не появляется в Айзенерде и не вмешивается в государственные дела. Тогда о её ребёнке официально никто не будет знать. После рождения найдётся достойная дворянская семья, признающая его своим. Не так дорого это будет стоить — приличное поместье родителям и небольшая рента младенцу. Если случится девочка, герцогиня случайно увидит малышку на прогулке, умилится и возьмёт в свой дом на воспитание. С мальчиком чуть сложнее, но Лаура не первая и не последняя — все варианты давно отработаны и известны. Однако для соблюдения приличий женщине требуется уехать из Айзенерда.

— Это её выбор.

— Хуже будет, если она завтра, через месяц или через полгода передумает, ведь поменять ничего нельзя.

— Да уж… Слишком многие в курсе уже сейчас.