Наверное, нет людей, которые не знают питчера Кима Канхёна, его прозвали «атомной подводной лодкой», когда он играл в команде «Файтерс». Ходили слухи, что Ким Канхён после ухода из спорта занимался различным бизнесом. И в конце концов, потерял всё состояние. Услышав, что он открыл пивную в районе одного университета в городе Кванчжу, мы договорились устроить там встречу однокашников, и накануне я заказал столик на восемь часов вечера. Я сделал это из солидарности, ведь мы учились в одном университете. Там я неожиданно встретил одного человека. Он был одет как обычный сотрудник фирмы, но я его сразу узнал. С другой стороны, такого гиганта трудно забыть. Это был Чхве Хёнсу. Возможно, двадцатилетним читателям это имя ни о чём не говорит, потому что, когда он играл в профессиональной лиге, он особенно не выделялся. Однако то поколение, которое училось в начале 80-х годов в школе Тэиль города Кванчжу, должно его помнить. Помнить, что настоящей легендой школы Тэиль был кэтчер Чхве Хёнсу, а не питчер Ким Канхён. Когда Чхве Хёнсу играл под номером четыре против соперников, школа Тэиль выигрывала во всех бейсбольных соревнованиях. В ситуациях, когда игра шла на равных, он всегда завершал игру победой. Даже в одной серии игр он дважды выбил хоумран, решив исход поединка. Однако его настоящая ценность проявилась не в качестве бэттера, а в качестве кэтчера. В то время его прозвище было не Воротила. Мы звали его шаман Чхве. Он чувствовал игру так, словно все действия ему подсказывали духи…
Сынхван прервал чтение на этом месте и взглянул на экран: на мосту водонапорной башни появился мужчина. Сынхван увеличил изображение. Камера показала человека, который облокотился на перила моста. Прямая осанка, седые волосы. Он был одет в чёрный костюм и держал в руке палку для ходьбы по горам. Сынхван вспомнил этого старика. Текст и фотографию Хёнсу он сохранил в облачном хранилище. Закрыл дверь охранного поста и быстро прошёл мимо первого моста. Он решил проверить, правильно ли он опознал стоящего на мосту человека.
Старик стоял на прежнем месте. Осанка была такой же прямой, словно он ни разу не повернул голову.
«Впервые за долгое время я не вижу тумана».
Сынхван подошёл к старику и встал рядом.
«Вы работаете на этой дамбе?» – спросил старик, даже не обернувшись.
«Если вы имеете в виду управление дамбой, то нет. Я просто охранник».
«А».
«Вы же дедушка Серён, отец её матери?»
Старик посмотрел на Сынхвана. И тот подумал, что не ошибся.
«Я видел вас на похоронах».
«Правда? Не помню, чтобы мы с вами были знакомы».
«Да нет. Просто вы похожи на Серён, поэтому я предположил, что вы дедушка, отец её мамы. Ведь её дедушка со стороны отца уже умер».
«А вы хорошо знали мою Серён?»
На лице старика появились одновременно недоверие, опаска и сомнение.
«Не могу сказать, что хорошо. Я встретился с ней лишь несколько месяцев назад при не очень хороших обстоятельствах».
Сынхван смотрел вниз, себе под ноги. Возле опор моста образовался маленький водоворот, в котором крутилась дощечка.
«Тогда она сидела за домом в лесу и дрожала, а из носа шла кровь. Был поздний вечер».
Сынхван рассказал о том происшествии. В ходе рассказа Сынхвана с лица старика исчезли опасения и сомнения. Их место заполнили жалость, боль и чувство вины.
«Кто бы ни был этот преступник…»
Голос старика сильно дрожал. Глаза, окружённые сетью морщинок, покраснели.
«Девочку убил её отец. Я так думаю».
