Они расположились за столиком в углу. Уперевшись подбородком на сплетённые пальцы, Огненный наблюдал, как парень ставил на плиту турку.
В его движениях было что-то гипнотическое. Успокаивающее. Заваривая напиток, парень бубнил себе под нос простецкий мотивчик.
О прилавок звякнули две кружки. Облокотившись на стойку, парень с улыбкой разглядывал Ризу.
— Далеко едете?
— В Централ, — бросил в ответ Рой, забирая кружки.
Парень присвистнул, выразительно вскинув брови. Лицо у него было очень подвижным, как у актёра.
— А я вот дальше Ризенбурга не выбирался, — он вздохнул, загребая монеты в кассу. — Повезло вам. Много где бываете.
— Много, — согласился Огненный, отпивая обжигающе горячий и горький напиток.
Парень налег грудью на стойку. Его взгляд зацепился за мундир.
— По службе, да? Здорово. А я вот не пригодный, — он коснулся пальцем правого глаза и наморщил лоб. — Он у меня далеко смотрящий, как это по-умному…
— Дальнозоркий.
— Ага, оно, — обрадовался парень. — Ну, тут тоже неплохо. Спокойно. По большей части.
Он замолчал, барабаня пальцами по стойке. Только серые глаза горели любопытством на грани нахальства. Парень как раз собирался что-то спросить, когда пол под ногами затрясло от гудка поезда. Переглянувшись с Ризой, Огненный поднялся.
— Спасибо за кофе.
— Вам спасибо, — на лице парня заиграла широкая улыбка. — За компанию. Заходите ещё, если проездом будете.
— Обязательно.
Рой толкнул полупрозрачную дверь и вышел под звон медных колокольчиков.
========== Глава 4 ==========
Энви чуть не опоздал на поезд. А всё из-за чёртовых собак, которые прицепились к нему по дороге на вокзал! Животные чуяли истинную природу гомункула, но вместо того, чтобы убежать, поджав хвосты, эти окружили его и не пропускали дальше. Энви разобрался бы с ними одной левой, но как назло к нему поспешили на выручку несколько людишек. Не сказать, чтобы они особо помогали: стая псин ошалело кружила рядом с гомункулом, не реагируя на попытки их оттащить. Энви оставалось только стоять и шипеть ругательства, потому что сделать в человеческом облике что-то ещё он попросту не мог.
Наконец к нему кто–то пробился, схватил за руку и потащил за собой. Энви чуть не вырвал ладонь, но держали его достаточно цепко. Стиснув зубы, гомункул шёл за «спасителем» — парнем одного возраста с его обликом, веснушчатым и лохматым, как пёс.
— Забирайся! — крикнул он, показав на пегую лошадь.
Энви залетел в седло. Лошадь покосилась на него, всхрапнула, и гомункул вцепился ей в шею обеими руками, чтобы не сбросила.
Парень запрыгнул позади него. Лошадь встряхнула гривой и тонко заржала, точно пыталась ему рассказать о том, какую подозрительную личность он пытается спасти.
— Пошла, пошла! — крикнул хозяин.
Она сорвалась с места в такой галоп, что Энви едва не выбросило из седла. Если бы не парень, схвативший его за шиворот, точно свалился бы ей под копыта.
— Мне на вокзал надо! — выплюнув попавшие в рот шерстинки, рявкнул гомункул.
Вожжи натянулись — и лошадь свернула на другую дорогу.
Энви глянул за спину: псы за ними не гнались. Лишившись цели своей охоты, псины растеряли весь боевой настрой и позволили себя разогнать.
После этого гомункул смотрел только вперёд.
Они влетели на вокзал, распугав голубей и стайку детей, которая увлечённо их кормила. Глянув на башенные часы, Энви вполголоса выругался: поезд вот-вот должен был отойти!
Гомункул спешился с лошади, даже не поблагодарив спасителя, и помчался по перрону. Мальчишек он обнаружил сразу: они с растерянным видом стояли рядом с женщиной и двумя ровесниками. Альфонс чуть не плакал, Эдвард выглядел рассерженным.
Энви подлетел к ним, даже не успев толком отдышаться. Подняв взгляд, он поперхнулся невысказанными словами.
К ним стремительно приближался Огненный. Конечно, в сопровождении снайпера.
Эдвард хотел ему что-то сказать, но не успел.
— Можно поинтересоваться, что вы двое здесь забыли? — голос Огненного звучал так холодно, что его впору было назвать Ледяным.
— А тебе какое дело?! — тут же ощетинился Эдвард.
— А вы, простите, кто?
Оба тут же оглянулись на женщину. Энви шагнул в сторону, приготовившись наблюдать. Если мелкие додумались подселиться в купе к этой смертной, его вмешательство всё равно не потребуется.
Огненный вместо ответа вытащил из кармана серебряные часы. Удостоверение государственного алхимика вспыхнуло на солнце так, что Энви прищурился.
— Ясно, — женщина шагнула к нему, загораживая детей. — С каких это пор такие, как вы, охотятся за детьми?
— Я не… ох, боже… что они вам наплели?
— Да ничего мы не плели! — высунувшись из-под её руки, встрял Эдвард.
— Простите, но это они охотятся за мной, — оправившись от замешательства, мягко заметил Мустанг. — Вбили себе в голову, что непременно должны отправиться за мной в Централ. А теперь, я так понимаю, выпрашивают билеты.
Эдвард поёжился под пристальным взглядом женщины. Усмехнувшись, Энви прислонился к фонарному столбу.
— Вы им что-то обещали? — продолжила допрос женщина.
— Да помилуйте, ничего я им не обе…
