Память извлекала любую ноту из копилки чувств, где они жили, перемещались, прятались, нелепо боролись за место в бесконечности, обостряли друг друга или, наоборот, начисто уничтожали.
Где-то на дне души все еще кипела ярость, зародившаяся в тот момент, когда маленький Энекин Скайуокер впервые почувствовал, что такое несправедливость. Это ощущение не умрет никогда... Теперь пламя гнева остужал лишь выросший вместе с ним самим рациональный подход к жизни или, вернее... мысль о собственном возрасте. Не десять, не двадцать, а, великая Сила, все сорок четыре стандартных галактических.
Ярость застыла каменным льдом, но никуда не исчезла. Она постоянно ускользала от разума, принимая другую форму... форму дивного, манящего искушения... Удар, еще удар... и ты мгновенно разрешишь все проблемы Галактики, добьешься той самой высшей справедливости, о которой грезил всю жизнь.
Справедливость... А можно ли изваять справедливость мечом? Заковать свою душу в хладные цепи учения о ненависти значило заведомо проиграть. Один уже проиграл... и Скайуокер не повторит ошибки графа Дуку.
Злопамятство? Да-да, оно самое... Глупо. Хорошо, что твои дети вообще выжили, пока ты валялся в госпитале...
А обида – это, кстати, вообще мелко, не по-рыцарски, недостойно ни ситха, ни джедая.
Какие ассоциации... Кто ты, Энекин Скайуокер? Ты только что обвинил Дуку в том, что он не удержался над пропастью Тьмы... А кто ты сам? Джедай, который служит ситху?
Мир? А за что ты сам осудил его? Снова ненависть?
Ты сам был одним из них. Мог ли ты предотвратить это?
Ты сам есть один из них. Так ли это легко – победить Зло?
Зачем же ты так стремишься породниться с ненавистью, сын Силы?
Не от того ли, что в твоей душе то и дело воскресают самые мрачные сценарии?
Мысли путались, затягиваясь узлом воспоминаний…
