Падение режима Чан Кайши. Хотя войска Гоминдана численно превосходили НОАК, но для победы этого было недостаточно. КПК имела не только мощную базу в Маньчжурии, но и вела на контролируемых ею территориях более привлекательную для крестьян политику, аннулируя права помещиков и храмов на землю[85]. Чан Кайши, напротив, игнорировал аграрный вопрос. В его армии, солдатами которой были те же мобилизованные крестьяне, участились случаи дезертирства. В январе 1947 года на территории, контролировавшейся Гоминданом, началась гиперинфляция ― цены за месяц повышались на 50 %. Продолжало действовать эмбарго на поставки оружия из США для Чан Кайши. Всё это снижало боеспособность армии националистов. Военная победа стала склоняться на сторону КПК.

В начале 1949 года войска НОАК вышли на северный берег Янцзы. 21 января Чан Кайши ушёл в отставку. 31 января 1949 года Народно-освободительная армия вступила в Бэйпин (Пекин).

Приближающийся крах режима Чан Кайши встревожил правые круги в США. 24 февраля 1949 года группа из 51 конгрессмена-республиканца направила президенту Трумэну письмо с протестом против американского бездействия в Китае. Они отмечали, что "победа коммунистов в Китае будет нашим историческим поражением". Вскоре сенатор Маккарэн предложил билль о срочной помощи правительству Чан Кайши в размере $1, 5 млрд. и направлении ему военных советников. Пятьдесят сенаторов поддержали предложение рассмотреть билль Маккарэна.

Либеральные круги США, однако, были против помощи националистам. 1 марта 1949 года обозреватель Дрю Пирсон, продолжая кампанию против Гоминдана, сообщил в своей радиопрограмме, что, по мнению госсекретаря Ачесона[86], националистические лидеры Китая ― это "дешёвые мошенники и воры", и что помощь националистам идёт не на борьбу с коммунизмом, а только "наполняет карманы помощников Чана".

Отрицательно отнеслась к предложению Маккарэна и администрация демократов. 13 марта 1949 года Дин Ачесон, при поддержке Трумэна, направил меморандум сенатору-демократу Коннели, председателю комитета по иностранным делам, с возражениями против финансовой помощи Чан Кайши. По его словам, предложение Маккарэна "только продлило бы страдания китайского народа и вызвало бы в нём возмущение против политики США". Комитет затянул рассмотрение билля Маккарэна и он не был поставлен на голосование в сенате.

24 апреля 1949 года НОАК захватила Нанкин, столицу чанкайшистского Китая. 1 октября 1949 года Мао Цзэдун провозгласил создание Китайской Народной Республики. 21 декабря 1949 года последние отряды националистов эвакуировались с юга страны на Тайвань.

20 января 1950 года госсекретарь США Дин Ачесон заявил в клубе прессы в Вашингтоне: "в Азии разгорается заря нового дня".

Позже сенаторы Маккарти, Маккарэн и другие обвиняли в падении режима Чан Кайши международный коммунизм и его тайных агентов в государственном департаменте, типа Хисса. Однако против националистического Китая в США выступал далеко не только коммунисты. Либералы, демократы, международные финансовые круги ― все они рассматривали правительство, защищавшее национальные интересы страны, да ещё провозглашавшее приоритет моральных ценностей в обществе, как своего естественного врага и, по мере возможностей, содействовали его крушению.

Приложение

Сунь Ятсен. "Три народных принципа и будущее Китая". 1906 г.

Сегодня на нашем собрании мы отмечаем годовщину "Минь бао"[87]. Этот журнал пропагандирует три народных принципа: национализм, народовластие и народное благосостояние.

Смысл термина национализм понятен без специальных объяснений. Любой человек узнает своих родителей и не спутает их с другими, так же как и не примет других людей за родителей. То же можно сказать и о чувстве национализма ― оно у каждого в крови. Хотя с тех пор, как маньчжуры вторглись в Китай, прошло уже более 260 лет, любой ханец, даже ребёнок, встретив маньчжура, сразу узнает его и никогда не примет за ханьца. В этом ― суть национализма. Нужно, однако, уяснить один очень важный момент: принцип национализма вовсе не предусматривает изгнания из нашей страны каждого иноплеменника, а предполагает лишь положить предел захвату иноплеменниками власти, принадлежащей нашему народу нации. Мы, ханьцы, обретём свое государство лишь тогда, когда возьмем власть в свои руки, в противном случае государство, хотя и будет существовать, останется по-прежнему не нашим, не китайским, государством. Давайте подумаем: в чьих же руках наше государство, наша власть?

Перейти на страницу:

Похожие книги