Конечно, глупо думать, что через пару месяцев Акитори притащит мне ампулы с пенициллином. Да еще со шприцом для внутримышечных инъекций. Тем не менее, я рассчитывал, что активное вещество из плесени так или иначе можно использовать. Ведь лекарственные свойства пенициллина открыл вовсе не Флеминг, случайно оставивший чашки Петри непромытые в раковине. Еще инки племени кальяуайя делали смесь из плесени грибков и кукурузы. Получившиеся лепешки употребляли внутрь, а также намазывали на открытые раны. Почему нечто подобное нельзя внедрить в Японии??
— Да, линзы уже предлагают иезуиты к продаже — возбужденно закивал головой аптекарь — Один западный дайме даже заказал себе очки из них.
— Какие еще способы лечения раскрыл вам этот варвар?! — как клещ вцепился в меня Кусуриури-сан.
Почему то доктор подумал на христиан. Неужели мое вранье с порохом всплыло?!
— В Японии, да и в остальном мире сейчас три основных болезни, от которых умирают люди. Чума, холера и оспа. Все три недуга можно лечить как раз той плесенью, о которой я говорил. Но еще лучше предотвращать эти болезни. Это можно делать, как карантином, ограничивая контакты больного, так и дезинфекцией. О ней мы уже говорили — кипячении воды для питья, мытье рук с мылом. От чумы и оспы[42] можно успешно прививать. Причем если ослабить вирус чумы сложно, то начать прививать от оспы можно уже сейчас.
— Надо искать животных с гнойными пузырьками на теле, доставать этот гной и втирать его в разрезы на руке или плече человека.
Кусуриури-сан от этого моего предложения слегка сбледнул в лице, но тем не менее продолжил внимательно слушать и даже записывать самые важные моменты.
— Теперь к хирургии — тяжело вздохнув, продолжил я — Это слово означает, что врач разрезает как рыбу больное место и удаляет или иссекает плохой орган. Я знаю, что буддизм осуждает мясников, но рано или поздно докторам придется научиться обеззараживать спиртом кожу, давать настойку опия для того, чтобы человек не умер во время операции и резать живую плоть для того, чтобы освободить ее от плоти мертвой.
Акитори тяжело сглотнул, но записал и эти мои мысли. Я чувствовал, что для бедного аптекаря объем информации превысил норму и решил отпустить его. В заключение, я попросил доктора собрать своих помощников, лекарства и отправиться с нами в поход, дабы было кому лечить моих воинов. Разумеется, все за мой счет.
— Кстати, война — решил подтолкнуть я Кусуриури-сан в нужном направлении — Это хороший способ проверить в деле все то, что мы сейчас обсуждали. Например, кипячение воды. Обещаю, что вы получите отличную практику!
Вроде бы убедил. Уже начало темнеть и мне пора было в замок. Но до этого, я хотел еще заехать к обиженному мной иезуиту.
Жил тот в небольшом деревянном домике, на верху которого португальцы успели прибить крест из двух перекрещивающихся планок. Вся сборная солянка при нашем приближении высыпала во двор. Ндаа… Мало аппетитное зрелище. Грязные гольфы, гульфики, рваные камзолы, странные береты и шляпы с перьями, отвратительный, маслянистый запах пота и испражнений. Все вооружены до зубов — фитильные ружья, шпаги, ножи. Десять пар глаз агрессивно смотрели на меня и лишь взгляд иезуита был задумчив и спокоен.
— Господин Родригес — обратился я к священнику — Мы можем переговорить приватно?
Филипп провел меня в одну из комнат, которая оказалась точно такой же грязной, как и ее обитатели. Остатки еды, тяжелый запах, по татами ползают вши и прыгают блохи. Как бы потом не пришлось бриться наголо.
— Я знаю, что вы на меня обижены — начал первым разговор — Я насильно задержал вашу миссию в моем городе, поступил против ваших христианских заповедей во время харакири самураев моего дяди. Но я вам не враг. Во-первых, с завтрашнего дня вы свободны ехать, куда собирались. Во-вторых, вы получаете разрешение проповедовать Слово Божье в землях клана Сатоми.
Пораженный священник сложил руки лодочкой, закрыл глаза и пробормотал какую-то короткую молитву.
— Господин, дайме — иезуит так сжал четки, что пальцы побелели — Это… это ваше решение спасет души тысяч людей на Страшном Суде! Если мы можем нести Благую Весть японцам… Я...
— На надо пустых слов — я протянул португальцу указ. — Вот документ, разрешающий вам проезд и право собирать крестьян, самураев на ваши проповеди.
— Насколько я понимаю, просто так такие подарки не делаются? Что вам от меня надо?
Быстро же Родригес пришел в себя. Хорошая школа у иезуитов!
— Пушки со шхуны. Порох, ядра, картечь. И пушкарей учить моих солдат.
— Это невозможно!! Церковь не вмешивается в политику и уж тем более в войны между кланами.
— Вмешивается. Еще как вмешивается! Вы продаете ружья по всей Японии, поддерживаете деньгами христианских дайме. Если дадите мне требуемое, то…
Я решил сходить с козырей.
— Я дам согласие на строительство храма в Тибе и выделю под него землю.
Священник напряженно задумался. В воздухе повисла пауза.
— Хорошо — взвесил все за и против Родригес — Но я не хочу, чтобы стало известно о нашей помощи. Давайте заявим, что пушки были вами реквизированы насильно.
Хитрый ход.
