Сэр полностью

Я собираюсь снова попытаться подняться на ноги, когда чья-то рука обхватывает меня за локоть и тянет вверх. Хватка крепкая, но не слишком сильная. Я замечаю брюки от костюма и белую рубашку. Эйдан крепко тянет меня обратно на берег. С такого близкого расстояния я могу лучше разглядеть его. Вижу его профиль; он хмурится, оскалив зубы, и выглядит раздраженным.

— Спасибо, — бормочу, когда мы оказываемся в безопасности. Потому что только я могла превратить что-то такое безобидное, как вода по колено, в опасность. — Не знаю, что произошло. Обычно я не такая неуклюжая.

Честно говоря, кого я пытаюсь одурачить?

Эйдан отпускает мою руку, и я осматриваю себя. Я промокла насквозь. Скрещиваю руки на груди, потому что на мне нет лифчика, и думаю, что он мог бы все разглядеть, если бы захотел, в чем я сомневаюсь.

Молчание затягивается. Мы оба тяжело дышим. Ему как никак пришлось тащить меня из воды, а я не самое легкое создание на свете, спасибо шоколадному Haagen-Dazs (примеч. американский бренд мороженого, который позиционирует себя в верхнем ценовом сегменте рынка, обещает самые высокие стандарты качества своей продукции, обладающей незабываемым вкусом и бархатной текстурой). Он тоже весь мокрый. Уверена, что ему это не нравится, и… я замираю, закрывая глаза, когда до меня доносится его аромат. Это его одеколон, который я так любила, переплетенный с… алкоголем. Распахиваю глаза и чувствую, как срабатывают тревожные звоночки, когда смотрю в его остекленевшие глаза.

— Какого черт Стивен нанял тебя? — внезапно рычит он, нарушая тишину.

Эйдан кипит от злости. Он прищуривает глаза, когда смотрит на меня сверху вниз.

— Тебе нужен помощник, — пытаюсь сказать я.

— Это не то, что я спрашивал, — парирует он. — Почему он нанял тебя?

Я втягиваю воздух. Мне хочется потереть грудь, потому что сейчас она действительно болит.

Он ждет ответа.

— Стивен верит, что я могу помочь тебе, — наконец отвечаю я.

— Помочь мне с чем? — сразу же требует он. — Мне не нужен тайм-менеджмент. Мне не нужно, чтобы кто-то держал меня за руку или контролировал меня. Если ты еще не в курсе, я человек, который добился всего сам.

Такой напыщенный.

Я медленно киваю.

— Все это очень хорошо, мистер Уэст, но, судя по тому, что я слышала, ты немного в гребаном беспорядке.

Он замирает. Я не совсем понимаю, из-за чего он застыл. Из-за «мистера Уэста» или из-за того, что я назвала его гребаным беспорядком.

Неужели я уже упустила свои шансы здесь? Если я чем-то обидела его, то очень скоро столкнусь с Эстеллой в аэропорту. Мы вместе будет поедать Haagen-Dazs и обмениваться душещипательными историями о нашем пребывании здесь. Она скажет что-нибудь язвительное о Нине, и я соглашусь, а потом скажу, что назвала паука Филотом, и все будет хорошо.

Эйдан пристально смотрит на меня, и выражение его лица совершенно непроницаемо. У него оно всегда было совершенно непонятное. Но раньше он сопровождал это выражение прикосновением или милым замечанием. Старался успокоить меня. Сейчас нет никакого успокоения. Откровенно говоря, Эйдан Уэст наводит ужас, когда хочет, и я думаю, он пьян. Он несчастливый во хмелю.

— Ты не должна быть здесь, — говорит он, и именно так и считает.

— Почему? — тихо бросаю вызов я. — Я просто хочу делать свою работу.

— Твоя работа не должна быть здесь.

— Почему? — повторяю я.

Его взгляд становится жестким.

— Потому что ты создаешь сложности, которых я не хочу.

Я не знаю, что он имеет в виду. И с надеждой спрашиваю себя, не имеет ли тот в виду, что на подсознательном уровне чувствует ко мне влечение. Если это так, значит, мой Эйдан где-то там, рядом, и тянется ко мне. Боже, я надеюсь на это.

— Ну, я здесь, — говорю я, придавая своему голосу силу. — И никуда не уйду, пока ты не выставишь меня за дверь.

— Ты и недели не протянешь. — В его устах это звучит как обещание.

Я бросаю быстрый взгляд на его губы, вспоминая их вкус. Самое главное, вспоминая его фетиш. Я прикусываю губу, собираясь с духом, чтобы ответить:

— Думаю, мне придется доказать, что вы ошибаетесь, сэр.

Он замирает, уставившись на меня, и медленно хмурит брови.

Я отворачиваюсь и оставляю его стоять там. Чувствую на себе его взгляд. Хотелось бы, чтобы у меня хватило сил продолжить без сгрызающего меня изнутри любопытства, но я слаба. Поэтому оглядываюсь назад, и, конечно же, Эйдан внимательно наблюдает за мной, следит за каждым моим движением, и его застывшая грудь говорит о том, что он еще не сделал ни единого вдоха.