Я подхожу к кровати и падаю на прохладные простыни. Провожу рукой по лицу, уже чувствуя, как усталость берет верх. В наши дни сон — это лекарство. Когда я отключаюсь, то погружаюсь в темноту. Я так легко погружаюсь в нее, что даже не шевелюсь. Даже когда приходят фрагменты. Даже когда не вижу лица темноволосой женщины, которая отказывается смотреть на меня. Я всегда тянусь к ней.
Тянусь к ее руке…
У меня вырывается стон боли.
Мне, черт возьми, нужно, чтобы Рут уговорила меня спуститься с этого уступа, потому что, когда я смотрю вниз, там так темно, что я даже не вижу дна.
Но, как и моя память, Рут ушла, и я чувствую пустоту.
5
Айви
Я открываю глаза. Его слова продолжают звучать у меня в голове.
Несмотря на то, что биологические часы моего организма нарушены, рано встаю с постели. Мое тело в таком состоянии, что я похожа на «Женщину с кривой шеей» из сериала «Призрак дома на холме».
Передвигаться тяжело, когда толком не сомкнул глаз. Эта кровать чертовски зловещая. На матрасе есть мягкие места, но мне пришлось искать их ночью. И даже тогда одна часть моего тела спала на облаке, а другая — на холодном, твердом камне.
Думаю, Эйдан умен. Если его грубое поведение и не отпугнуло его бывших ассистенток, то я уверена, что с этим отлично справилась эта гребаная кровать.
На мне белое боди с короткими рукавами и короткая черная офисная юбка. Выпрямляю волосы, что поначалу было проблематично, потому что из розетки в ванной раздаются подозрительные хлопки. Я прошептала молитву, прежде чем воткнуть в нее плойку.
Я все еще жива.
Надеваю черные балетки на плоской подошве, потому что у меня не хватает духа надеть туфли на каблуках, которые Ана приготовила для меня. В любом случае, ходить по дому на каблуках как-то неуместно.
Затем выхожу за дверь, навстречу яркому утреннему свету. Я сразу чувствую себя лучше. Этот дом, залитый солнечным светом, потрясающий, и мне нужно немного D (я про витамин).
Тильда была на кухне и вытирала посуду, когда увидела меня.
— Доброе утро, — бодро поздоровалась она. Не знаю, как ей удается быть такой жизнерадостной после вчерашнего беспорядка, но я принимаю это.
— Утро, — сонно бормочу в ответ. Я как в тумане и устала. В руках у меня френч-пресс и кофейные зерна. Опускаю их на стол рядом с ней и начинаю готовить себе кофе.
— Если хочешь, можешь воспользоваться эспрессо-машиной Эйдана.
Я бросаю взгляд на чудовище, стоящее в углу кухни. Оно пугает меня своими кнопками.
— Все в порядке, Тильда. У меня есть этот малыш.
Мой френч-пресс стоил около двенадцати баксов по специальной цене, и у него вообще нет кнопок. Наливаю воду в чайник. Пребывание на этой кухне доставляет мне гораздо больше удовольствия, чем на моей, и я до сих пор не удосужилась как следует убраться на ней. Не думаю, что Эстелла добралась до этого, или ассистентка до нее, и так далее. В той раковине что-то растет…
В доме заметно тихо. Я не привыкла к тишине. В квартире Аны всегда было шумно от ее топота. До этого в комнатах царил настоящий террор Дерека. Я замираю, просто думая о нем. Кажется, что Дерек был в другой жизни.
— Я так понимаю, мистер Уэст еще спит, — заявляю я, пытаясь завязать разговор, потому что по утром мне сильно не хватает навыков общения.
— Думаю, да.
Эйдан обычно вставал в четыре утра. Раньше меня сводило с ума, когда я видела, как он выходил в пять. Он был таким старательным.
Я включаю чайник и отхожу в сторону, размышляя о том, что, черт возьми, должна сделать сегодня. Первый шаг — убедиться, что парень встал, и как можно скорее, но для этого нужно пойти в его спальню и вытащить его из постели. При этой мысли у меня по спине побежали мурашки. Я действительно сказала ему, что сделаю это; и теперь просто в ужасе от того, что обнаружу, когда открою эту дверь.
Как мне поднять этот вопрос, не показавшись очевидной?
— Будет ли, эм… как ты думаешь, он будет один? — тихо спрашиваю, разглядывая свои ногти. Ана убила бы меня, если бы узнала, что я уже соскребла лак для ногтей.
— Я бы предположила, что да. — Ее голос звучит смущенно.
Я прочищаю горло.
— Я спрашиваю только потому, не хочу вмешиваться, ты понимаешь… — Затем замолкаю на полуслове, надеясь, что она уловит суть.
Тильда просто смотрит на меня в ожидании.
— Знаешь, — настаиваю я, на этот раз многозначительно глядя на нее. — Нина Гамильтон крутится тут.
Она медленно кивает.
— Да, она здесь недавно. Она здесь по работе.
Я хмурю брови.
— Она работает на мистера Уэста?
Тильда качает головой.
