Я выждала пару мгновений, чтобы придумать правдоподобный ответ, потянула за соломинку и наполнила желудок ледяной жидкостью.
– Помнишь ту девушку, о которой я тебе рассказывала? Ту, которая была мне как сестра?
– Лейтон?
– Лей. Перед смертью она жила с ним.
Джейс нахмурился.
– Они были женаты?
– Не совсем. Скорее, он хотел на ней жениться, но она этого не желала. В общем, он ее выгнал.
Карие глаза Джейса вспыхнули отвращением.
– Кто, черт возьми, способен выгнать женщину на улицу?
Наверное, мне следовало добавить ту часть, где она умоляла позволить ей уйти, но это казалось неуместным, поскольку она никогда и не просилась в Элизиум.
Сильная шея Джейса напряглась.
– Мне очень жаль, что я позволил ему забрать тебя вчера.
– Все нормально. Как я уже сказала, он не опасен. Он просто…
– Подонок? – уточнил Джейс.
Я кивнула. А потом ждала, что почувствую укол, но ни одно перышко не упало, возможно, потому что не я произнесла это слово.
– Что он делал в кампусе?
– Он знает Мими. – Ее имя вызвало ужасную вспышку боли за ребрами. – Знал ее.
– Значит, приехал на похороны.
Поскольку это не был вопрос, я не ответила.
– Он уехал?
– Надеюсь. – Я взглянула в сторону двери, словно ожидая увидеть его там, в подземном заведении Леона в разноцветных лучах неонового света.
К счастью, Ашера там не оказалось.
Нам принесли еду, и я буквально проглотила ее, хотя мой желудок болел и протестовал, сжавшись после нескольких дней незапланированного голодания. Когда появилась Алисия с тарелками сочных, жирных гамбургеров, я увела разговор от Ашера и не упоминала о нем до конца обеда.
Покинув заведение, Джейс перевернул бейсболку обратно, чтобы закрыть глаза от яркого солнца.
– Ты сегодня придешь на занятия Голдштейна?
Я не планировала, но почему бы и нет? Единственное место, куда мне еще нужно попасть, это Париж.
В конечном счете.
В итоге я вернулась в кампус вместе со своим соседом по квартире. В какой-то момент он переплел наши пальцы, и, хотя я позволила ему взять меня за руку, я ослабила хватку, потому что не хотела, чтобы он неверно истолковал наши отношения.
Вместо того чтобы вернуться в нашу квартиру в кампусе после занятий, я заявила, что мне нужно собрать вещи Мими. Хотя это было правдой, настоящей причиной, по которой я хотела уехать обратно, стало… наше держание за руки.
Тепло его кожи задержалось на моей, словно паутинные нити, и зародило во мне глубокое беспокойство.
– Увидимся позже в «Трэпе»? – спросил Джейс, провожая меня до метро.
– Не сегодня. Мне нужно привести в порядок некоторые дела дома, а потом улететь в Париж. Мюриэль хотела, чтобы ее похоронили там.
Мне не нравилось использовать Мими, чтобы избежать этой неловкой ситуации. Нам с Джейсом следовало сесть и пройтись толстым перманентным маркером по тем линиям дружбы, которые нельзя пересекать. Мы не дети. Мы взрослые. И взрослые поступки предполагают честность.
Я повзрослею после поездки.
– Хочешь, поеду с тобой?
– В Париж?
Он пожал плечами.
– Или в твою квартиру. Могу помочь упаковать вещи в коробки. – Когда я закусила губу, он добавил: – Я умею обращаться с картоном.
Мне следовало ответить на его улыбку или, по крайней мере, сжать его руку и поблагодарить. Вместо этого я сказала:
– Сегодня четверг. Твоя самая занятая ночь.
– Мне не обязательно идти на работу. Только не когда ты во мне нуждаешься. – Его изучающий взгляд встретился с моим. – Ты нуждаешься во мне?
– Эм… – Я еще сильнее закусила нижнюю губу.
Моя отчужденность омрачила выражение лица Джейса и в конце концов убила его энтузиазм.
– Думаю, нет.
– Джейс.
Он начал пятиться.
– Джейс, ты же знаешь меня. Мне нравится разделять части моей жизни. Это я и делаю. Всегда так поступала.
– Поэтому ты так и не представила меня ей? Чтобы сохранить порядок в жизни? Или потому, что ты меня стыдилась?
– Стыдилась тебя? Почему я должна тебя стыдиться?
– Потому что я стипендиат, а мой брат – бывший заключенный.
– Джейс, я не стыжусь ни тебя, ни твоего брата. Я восхищаюсь вами обоими.
Он перестал отступать, но сохранил дистанцию между нами.
– Тогда почему?
– Потому что так и не представилось подходящего времени. А Мими была затворницей. И… – Я растерянно взмахнула рукой, мои кольца сверкнули в лучах полуденного солнца. – Отлично. Пойдем со мной! Я покажу тебе, куда ездила по выходным.
Он глубокомысленно фыркнул.
– Пас.
Моя рука вновь опустилась. Его отказ меня одновременно и ошеломил, и нет. Я бы тоже не приняла собственное предложение.
– Это вышло…
– Не знаю, какие секреты ты пытаешься утаить, но мне грустно, что ты чувствуешь необходимость скрывать что-то от меня. – С этими словами Джейс развернулся и пошел по кварталу, обойдя мать, одетую так же чопорно, как и ее малыш.
