– Я не говорю, что мой поступок был ошибкой; ошибкой было то, как я это сделал. Мне следовало тщательнее все спланировать. Иначе рассчитать появление Адама в мужской гильдии. – Ашер потер челюсть, царапая пальцами полуденную тень, которая превратилась в полуночную. – Тот факт, что два новых неоперенных зарегистрированы в Элизиуме в течение нескольких минут друг за другом вызвал недоумение, но, поскольку Адам был младенцем и в его жилах текла ангельская кровь, Семерка проигнорировала это. – Его рука тяжело опустилась от лица. – Однако, очевидно, Сераф Клэр не оставила сей факт без внимания. Она продолжает выспрашивать у Тобиаса личность матери. Он тянет время, пытаясь найти решение.
Неудивительно, что архангел в таком дерьмовом настроении.
– Мне не следовало впутывать его в свои передряги. – Он сделал глубокий вдох, затем выдохнул.
Я, с другой стороны, перестала дышать. Не уверена, как долго мои легкие оставались пустыми, но, когда я снова наполнила их, кислород буквально обжег меня. Если детей обнаружат… Адам приведет к Найе… Я не могу потерять ее снова.
Подойдя к Ашеру, я обвила руками его шею, затем положила подбородок на его склоненную голову.
– Если чувствуешь, что Клэр может причинить им вред, приведи детей ко мне. Я найду способ их спрятать.
Его плечи опустились под моими напряженными объятиями.
– От ангелов не спрятаться. И не убежать. Кроме того, неужели ты действительно думаешь, что я бы позволил тебе нести бремя моего преступления?
Я отстранилась, чтобы взглянуть на обеспокоенного мужчину, который сидел за моим кухонным островком.
– Если ты преступник, Сераф, то я святая, а поскольку мы оба знаем, что грешу я так же часто, как дышу, могу заверить, что ты совсем не преступник.
Он хмыкнул.
– Не в глазах моего народа.
– Я не знакома с Тобиасом, но, если он помог тебе, значит, считает, что твой поступок справедлив. Что касается остальных, ты не знаешь, каково их мнение о тебе. Все, что тебе известно, это то, что думает Сераф Клэр, а все мы знаем, что она… – Описание, которое я собиралась использовать, сменилось неглубоким вздохом.
Ашер проследил за падением моего пера.
– Оно того стоило.
Он откинулся на спинку стула, которая тотчас застонала.
– Уверен, что стоило, но я бы предпочел, чтобы ты постаралась сохранить свои крылья, поскольку хотел бы иметь союзника там, наверху, Селеста. – Он указал на мой потолок.
Я опустилась на стул рядом с ним, притянув к себе свою кружку.
– Тогда найди мне следующего грешника.
– Ты так уверена, что исправила Фернанду?
– Уверена. А для следующей миссии выбери какого-нибудь с более высоким счетом.
– Нет, если только не наткнусь еще на одного Бофингера. Грешники высокого ранга опасны.
– У меня есть кости крыльев.
– Кости крыльев могут сохранить тебе жизнь, но они не обеспечат тебе безопасность.
Я коснулась его бицепса, который тотчас окаменел под моими пальцами.
– Для этого у меня есть ты. – Затем я размяла собственный бицепс, который слегка напрягся… Слегка. – Я могу выглядеть безобидно, но способна причинить немало вреда.
– Несомненно, но вред ты причинишь не своими руками, а острым языком.
Его взгляд остановился на изгибе моих губ, отчего мое измотанное тело сразу пробудилось, будто в травяной чай мне подмешали «Ред Булл». Я наклонилась к нему непозволительно близко. Как оса, соблазненная огнем. Мое тело согрелось, а конечности начали искриться, будто вены наполнились взрывной карамелью «Поп Рокс». От него, должно быть, исходили какие-то ангельские феромоны, потому что никогда прежде меня так не влекло к мужчине.
Серьезно, даже бирюзовые глубины его глаз, усыпанные блестками, казались более завораживающими.
– Селеста…
В моем имени, сорвавшемся с его уст, чувствовалась густота, которая усиливала пульсацию у меня в венах.
Он сглотнул, и за одну секунду его взгляд потемнел, будто его зрачки проткнули.
– Не надо.
– Не надо что?
– Не усложняй наши отношения.
Я вышла из оцепенения.
– Прошу прощения?
– Взгляни на свою кожу.
Я последовала его совету, и тепло вожделения сменилось ледяным ужасом. Нет, нет, нет. Из всех мужчин на свете, почему мне нужно было тлеть от того, кто мог видеть, как светится моя кожа? Почему я не тлела из-за Джейса? Я вскочила на ноги, пока архангел смотрел на мою разбитую столешницу, скривив рот от отвращения.
Я отнюдь не сногсшибательная и, разумеется, не истинная, но и не отвратительная.
– Такое случается постоянно. В тебе нет ничего особенного, Сераф.
Мои невидимые кости крыльев напряглись, выпуская перо. Проклятые детекторы лжи.
Взгляд архангела опустился на пол одновременно с фиолетовым перышком.
Я отвернулась, прежде чем он успел еще больше растоптать мое хрупкое эго. Мнение людей, как правило, меня не задевало. Очевидно, за исключением мнения одного человека.
Почему? Почему именно он? Неужели я испытываю что-то вроде стокгольмского синдрома? Не то чтобы он меня похитил, но мы проводили слишком много времени в обществе друг друга. Возможно, в этом и суть. Я не могла дождаться, когда закончится операция «Спасем-крылья».
Успешно или нет.
