Серая Дружина. Сердце Крона (СИ) полностью

− Путь свой мы начинаем во тьме. Но где же противник?

− Подойдет через годик-два: постой, может, дождешься. Вот прямо на тебя из кустов и понесутся рати, ага. Ты хоть знаешь, светлые или темные они будут? Может, вообще один стихийник…

− Как Повелитель Тени?

− Мифами балуешься? Ну, как этот, только реальный и живет себе в здешней Америке, а нас, может, в Италии выкинуло. Так что…

− Довольно! Расположимся здесь до утра. На заре же узнаем, в какую местность нас забросило, кто здесь живет, и не происходило ли тут чего неладного в последнее время. Далее будем действовать, как полагается призванным, – и мы надеемся, что даже демон будет сражаться…

− А, да-да, всеми крыльями. Вот как только в бой – всех врагов перекусаю, даю вам честное слово спирита, вы же не знаете, что нашим словам верить никогда нельзя, нет? Я буду сражаться, как… как моон, нет, не спрашивайте, что это такое…

− Помолчи, а?

− И я точно буду драться храбрее Бо, потому что она-то уже дезертировала, и когда только успела?

Четыре головы, в том числе моя собственная, энергично покрутились по сторонам. Четыре пары глаз синхронно вытаращились в ночную темноту.

Проблема в том, что и голов, и пар глаз должно было быть на комплект больше. Но ни пятой головы, ни глаз, ни еще каких-нибудь важных деталей пятой участницы поблизости не было видно.

Веселенькое начало.

Хотя вообще-то – и не начало вовсе.

* * *

На самом-то деле для меня отправной точкой всей этой катавасии стал будильник.

Мой собственный, истошно вопящий в пять утра.

Он отнюдь не старался поднять меня из уютной постельки. Механический изверг пытался меня туда уложить, оторвав от мучительной и, кажется, безуспешной попытки в пятнадцатый раз виртуально пройти испытания на подмастерье. Ситуация на мониторе моделировалась преотвратная: я в горящем доме, одна рука занята (почему-то спасенным из огня енотом, программа отчаянно юморила), а передо мной – баллон с газом, к которому стремительно и жутко подкрадывается пламя. Отчаянно тараща слипающиеся глаза, я перебирала варианты: призвать воду? поставить холодовой заслон? удар легкой локальной заморозки?

Победа была близка, когда слева от меня раздался злорадный взвизг произведения китайской промышленности. Реакция была отменной: я машинально вскинула руку – и удар легкой локальной заморозки ушел не в виртуальный мир, а в реальный.

И, конечно, вышел не легким и не локальным. Треснула заледеневшая вода в вазе, а может, ваза тоже; хрустнуло стекло какой-то фотографии (будет, на что разоряться со стипендии), с полок попадали книги. Катастрофа на тему «не тревожьте начинающего стихийника» − во всей предутренней красе. Правда, будильник смолк, − о, блаженство! − а холодок скоро убрался, и справа, от окна повеяло теплом…

Довольно долго до меня доходило, что окно не справа, а совсем даже наоборот – по левую руку. После чего я подскочила в мгновенной готовности тушить настоящий, не компьютерный пожар.

Стена малость разочаровала меня в смысле пожара: его не было. Зато было кое-что другое.

Половину стены занимал мне лично неизвестный знак, который больше всего смахивал на греческую «омегу», правда, поверх шли какие-то еще письмена. Знак неторопливо менял цвета: из огненно-красного на моих глазах стал голубым и прозрачным, потом черным, потом белым, задумчиво поменял цвет на серый и пропал.

Вместе с моим желанием спать. Кристально ясными глазами я моргала на пустую стенку и клялась себе, что больше никогда, никогда не буду засиживаться за программами для начинающих стихийников…