Геннадий Максимович
"Серая компания"
Это было уже седьмое убийство за последние две недели. Инспектор Пьер Тексье сбился с ног, но не мог ответить на вопрос, непрестанно задаваемый шефом: что это - религиозный фанатизм, психическая ненормальность, попытки ограбления... или? А вот что - или? На это ответить было сложнее всего.
Семь жертв. Семь людей, незнакомых друг с другом, разного достатка и социального положения. Банкир, двое рабочих (один - строитель, другой механик), клерк, врач, безработный, а теперь вот журналист... С ним покончили прямо в редакции. Из них четверо - рабочие, врач и журналист придерживались левых взглядов. Клерку и безработному было не до политики. Ну а более правого, чем банкир Фрюшо, найти было трудно...
Не будь у убитых общей метки - лица, рассеченного острым лезвием от подбородка до лба, - кто б подумал, что совершены они одним и тем же преступником. Слишком неоднороден был список жертв. Но нащупать ниточку Тексье так и не мог.
Разве что журналист, убитый позавчера вечером, мог дать какую-то зацепку. Но он-то и вывел из равновесия комиссара Брюо. Уже через несколько минут после прибытия на место убийства Тексье и экспертов в редакцию, забыв о политических разногласиях, хлынула журналистская братия. В левую газету заявились даже те, кто раньше туда ни за что не зашел бы. И теперь все органы печати вопят, что в городе объявилась неведомая банда, а слуги закона бездействуют. А это не могло обрадовать шефа.
Итак: Поль Версен, репортер, пришел в редакцию в восемь вечера. Сказал, что поработает часа три, и, пройдя к себе, сел за машинку. Около двенадцати кто-то зашел к нему в кабинет. Поль сидел, уткнувшись лицом в стол, и, казалось, спал. Только приглядевшись повнимательнее, можно было заметить небольшую рваную точку на синей рубашке - как раз под левой лопаткой. Тело перенесли на диван. И увидели рассеченное лицо.
Инспектор заинтересовался тем, что печатал на машинке этот Версен. В машинку был вставлен чистый лист. Но под столом Пьер нашел скомканную страницу. Заголовок гласил: "Куда пропал профессор Ларе?" А начинался материал так: "Когда разглядываешь эту виллу, расположенную недалеко от шоссе, и в голову не придет, что здесь обитает существо, возомнившее себя властителем мира. Ухоженные аллеи, кусты роз, гравий на дорожках. Все говорит о том, что здесь живет человек состоятельный, который увлекается своим садом гораздо больше, чем всем, что находится по ту сторону каменного забора, окружающего двухэтажный дом. Но это не так. В темных подвалах виллы появляются супермены, монстры, способные по приказу своего господина сделать все. А сам он..." На этом текст оборвался.
Тексье побеседовал с работниками газеты, разыскал нескольких друзей Версена, но никто не сказал чего-либо определенного. Журналист был человеком весьма скрытным. Лишь один из его товарищей припомнил, как недавно Поль обмолвился, что, видимо, докопается до того, над чем ломает голову полиция, ибо напал на гнездо фашистов там, где его никто и не ожидает.
Интуиция подсказывала Пьеру, что Версен имел в виду именно те шесть убийств, над которыми он сам ломал голову.
Просматривая записные книжки Версена, Пьер думал о том, что у журналиста была хорошая память и полагался он на нее больше, чем на бумагу. В записях были только отрывочные сведения о забастовке на машиностроительном заводе. Несколько фактов и пять фамилий. Статья же, как увидел инспектор, специально просмотрев газету месячной давности, занимала полполосы. Следующая пометка касалась взрыва на химическом предприятии. И опять всего пара строк да имена пострадавших. Подобных набросков в блокнотах было немало...
Пьер Тексье считал себя человеком нейтральным. Он часто любил повторять, что его больше интересуют сами преступления, чем социальная среда, в которой они произошли. Но он больше рисовался, чем говорил правду, так как прекрасно понимал, что никакое убийство не случается само собой. И если оно произошло, то, значит, были и другие причины, кроме тех, минутных, вызвавших его. И по складу своего характера Пьер просто не мог не изучать основные причины, которые породили не столько само убийство, сколько человека, пошедшего на него. Но Тексье прекрасно знал, что начальство, мягко говоря, не очень-то приветствует такие размышления, и старался скрывать их.
Листая записи, Тексье начинал понимать круг интересов Версена и его друзей. Эти люди ясно видели социальную несправедливость и боролись с ней всеми доступными средствами. Взять хотя бы самого Версена. Факты, которые он записывал, а потом обобщал и выносил на страницы газеты, говорили сами за себя. И хотя прежде Пьер никогда не читал этой газеты, он проникся симпатией к Версену, которого постигла столь печальная участь.
Инспектор перевернул очередной листок и увидел подчеркнутую строку: "Этьен Ларе. Новоявленный фюрер".
