Гуси жаловались на то, что бессовестный хозяин каждую осень забирает их гусенят, колет и съедает.
– Своими глазами видел, как наш кучер Андрон резал моих гусенят, – жаловался старый, степенный гусак. – Разве это справедливо? Уж, кажется, нет на свете лучше птицы, как гусь. Вон петух или селезень – разве они заботятся о своих детях? И не подумают, а я-то – на шаг не отхожу от своего семейства.
Конечно, гусь птица серьёзная, но хитрый крот отвечал одно и то же:
– Не моё дело…
Наконец как-то осенью, когда на огороде все овощи были убраны, к кроту пришли все вместе.
– Рассуди нас с хозяином, – говорили они в один голос. – Обижает нас хозяин… Всех обижает. Ты один живёшь, как следует, и никого знать не хочешь. И домишко у тебя свой, и корму себе всякого в нору натащишь.
Выступил индюк, распушил все перья и забормотал:
– А что всего обиднее, так он же нас всех и ругает, то есть хозяин.
«Ах ты, гусь лапчатый!»
Гусь обиделся и заявил:
– Это ещё ничего не значит, а вот хозяин говорит: «Ты глуп, как индюк!» Это будет похуже…
– Тьфу! Тьфу!.. Шалды-балды, шалды-балды. Тьфу! – ворчал индюк. – Не хочу я с тобой разговаривать… Одним словом, гусь – и больше ничего.
– Господа, это не моё дело, – невозмутимо отвечал крот на все жалобы.
Прибежала свинья. Она была в отчаянии, бросалась в разные стороны и спрашивала:
– Не видали ли моих поросят? Весной было целых двенадцать… да! Что может быть красивее маленького поросёнка? Кожица розовенькая, мордочка розовенькая, розовый хвостик закорючкой. И вдруг… Ах, я не могу говорить. Они подросли к осени, сделались такими серьёзными, ну совсем-совсем настоящие свиньи… И вдруг… Считаю сегодня… хвать: двух нет.
– А ты ступай и спроси хозяина, куда делись твои поросята, – посоветовал гусь. – Это то же самое, что и с моими гусенятами.
– Не моё дело, – повторял упрямо крот, хотя его никто не спрашивал.
Все были обижены. Козёл всё время стоял молча, глядя в землю, и, только выслушав всех, проговорил:
– Что вы слушаете крота, господа… Это известный старый плут, который только тем и живёт, что обкрадывает нашего хозяина.
– Так я, по-твоему, вор? – обиделся крот. – Я не виноват, что лучше вас всех. Я живу своим трудом, а вы все дармоеды. И хозяин прав… Да, прав!
Все рассердились и бросились на него, но он ловко улизнул в свою нору и оттуда ещё раз крикнул:
– Не моё дело!
– Бей его!.. – закричал петух, бросаясь к норе. – Братцы, все бейте!
Прошла зима. Наступила весна. Кроты окончательно завладели огородом и попортили много овощей. Хозяин был в отчаянии.
Да, наступила весна.
Раз утром хозяин привёл в свой огород какого-то серого старичка в зелёной фуражке и сказал:
– Голубчик Карл Иванович, меня одолели кроты… Просто житья нет. Помогите…
Хитрый немец Карл Иванович обошёл весь огород, осмотрел отверстия кротовых нор и только потом ответил:
– О, мы им сделаем большая неприятность. Да… И гнать не нужно: сама уйдёт.
Притаившись в своей норе, крот слышал этот разговор и только посмеялся.
– Какие глупые люди: думают, что если их двое, так от этого сделаются умнее. Карл Иванович уйдёт, а я останусь.
Карл Иванович действительно ушёл.
Весь огород вскопали, как всегда весной. А когда делали гряды, хозяин что-то такое блестящее бросал в землю.
Крот затаился в своей норе и ждал.
Время шло, и ничего особенного не случилось.
– Два глупых человека ничего не могут сделать с одним умным кротом, – решил он. – Ах, какие глупые…
А время шло. Посевы были кончены. Крот успел уже общипать несколько молодых побегов и ещё раз торжествовал.
Одним словом, всё шло отлично. И вдруг… Нужно сказать, что жена крота была уже старушка, зубы у неё притупились, и она очень любила полакомиться молодыми сочными корешками. Раз она дорылась под землёй до своих корешков и вдруг как закричит:
– Ай, батюшки! Ай, батюшки…
Крот, конечно, бросился на крик, втащил старуху за задние лапы в свою нору и спросил, что случилось.
– Ох, кто-то ножом чуть мне всю лапу не отрезал, – жаловалась кротиха, показывая порезанную лапу, из которой сочилась кровь.
– Как ножом? Кто же заберётся с ножом в землю? Что-нибудь ты путаешь, старуха…
Старый крот даже хотел рассердиться на жену, как опять крик, – пищал младший любимый сын.
– Ой, ой, кто-то мне хвост отрезал, весь хвост!..
– Ну, уж это глупости! – рассердился старый крот.
Он бросился сам к месту происшествия, но сейчас же наткнулся прямо носом на что-то острое, бросился назад и выскочил из норы.
– Ай-яй-яй!.. – кричал старый крот, обтирая лапой раненый нос.
Он побежал во двор и кричал:
– Наш хозяин просто разбойник… Это невежливо наконец! Он насыпал в гряды битого стекла. Я уйду наконец в другое место. Пусть живёт как хочет…
Все молчали. Один козёл, мотнув бородкой, проговорил:
– Не наше дело… А впрочем, скатертью дорога. Твоё дело…
– Хозяин что-то замышляет, – заметил первым Петух, гордо выпячивая атласную грудь.
– А я знаю что! – чиликнул с берёзы старый Воробей на своих тонких ножках, точно сделанных из проволоки. – Ну-ка, догадайся, умная голова!.. Нет, лучше и не думай: всё равно ничего не придумаешь.
