Сербские муниципалитеты, действовавшие в Сербии по указке немецких военных комендантов, срочно организовывали общественные работы по возобновлению нормальной городской жизни: расчищались руины разрушенных зданий, с улиц убирались трупы, были учреждены санитарные меры для предотвращения эпидемий, которые могли возникнуть в результате коллапса канализации и водопроводов в столице страны. Прибывшие вслед за основными силами немецкой армии части Тайной военной полиции проводили аресты по Чрезвычайному списку розыска на территории Югославии, содержавшему около 3000 фамилий. В Белград прибыл и генерал Гельмут Ферстер, назначенный на должность «Военного коменданта территории Старой Сербии и немецкой защитной области», т. е. оккупированной Сербии в так называемых предкумановских границах (т. е. до Балканских войн 1912–1913 гг.)[43]. В то же время было образовано особое формирование во главе с штурмбаннфюрером Карлом Хинце, т. н. зондеркоманда Хинце. Это временное формирование занялось розыском бежавших из Белграда высших лиц государства. Команда Хинце смогла установить место отлета эмигрантского правительства из Югославии и захватила денежные средства, документы и вещи, которые не успели увезти с собой члены югославского правительства. Кроме того, Хинце, в соответствии с приказом, арестовал сербского патриарха, поддержавшего переворот 27 марта 1941 г.[44] В дальнейшем функции контроля за порядком были переданы командующему полицией безопасности и СД (Befehlshaber der Sicherheitspolizei und des SD, сокращенно БдС). С осени 1941 г. было организовано БдС Белград (Сербия), которое до января 1942 г. возглавлял оберфюрер СС Вильгельм Фукс, а после него до декабря 1944 г. – штандартенфюрер СС Эммануэль Шефер. Начальником IV управления БдС Белграда (т. е. главой гестапо в Сербии) являлся штурмбанфюрер Бруно Заттлер[45].
В своем указе от 20 апреля 1941 г. командующий сухопутными войсками (ОКХ) фельдмаршал В. фон Браухич точно определил задачи и полномочия военного коменданта Сербии: «восстановить безопасность и порядок и поддерживать их», «выполнять все экономические приказания, поставленные рейхсмаршалом» Г. Герингом; опираться при этом на местные комендатуры, издавать приказы и всеми способами проводить их в жизнь. Уже 22 апреля получили назначение и другие руководящие фигуры оккупационного аппарата – начальник администрации военного коменданта Сербии Гарольд Тюрнер и генеральный уполномоченный по экономике Сербии Франц Нойхаузен. Непосредственно Г. Тюрнеру было подчинено четыре фельдкомендатуры (Белград, Смедерево, Валево/Ужице, Ниш), 7—10 ортс-комендатур (позднее крейс-комендатуры – Белград, Петровград, Крагуевац, Крушевац, Заечар, Косовская Митровица, Шабац, Земун), 4 территориальных стрелковых батальона (формировались из призывников старших возрастов), два пересылочных лагеря для военнопленных и подразделение Тайной полевой полиции. Уже 24 апреля 1941 г. появились приказы о жестких мерах в целях «восстановления спокойствия»: расстрелы за саботаж и акты насилия, штрафы до 30 000 рейхсмарок и арест на срок до 6 недель за прекращение работы, неразрешенные сборища, распространение листовок, враждебные заявления, прослушивание ненемецких радиостанций, неразрешенные контакты с военнопленными и подлежащими аресту лицами. Более того, глава 2-й армии, размещавшейся в оккупированной Сербии сразу же после окончания военных действий, Максимилиан фон Вайкс приказал расстрелять 100 сербов-заложников в качестве мести за нескольких немецких военнослужащих, погибших от рук неизвестных лиц[46]. До конца апреля была проведена и регистрация евреев, которой занималась немецкая Оперативная группа полиции безопасности и СД. Немецкий комендант Белграда обязал всех белградских евреев носить желтые повязки с черной надписью «Jude-Јеврејин» под страхом военно-полевого суда. Кроме того, военный комендант Белграда приказал продавать евреям товары на рынках и магазинах, пропускать их к колодцам и в других очередях лишь после того, как свои надобности удовлетворят «остальные граждане – арийцы»[47].
