Р
ПОСВЯЩАЕТСЯ ПЭТ И СКОТТУ
Господа, сеньоры и сеньориты! Радио КАТН представляет нашего дорогого друга — полковника Карлоса Камачо! Аплодисменты
Если вы попали в засаду, то Ваше спасение целиком зависит от расторопности нападающего.
Тяжело вздохнув, господин Обата снял повязку. Хочешь не хочешь, а пора отправляться домой, хотя дел еще предостаточно.
За пределами его рабочей клетушки, вознесенной на семьдесят седьмой этаж небоскреба, лежала гулкая, звенящая тишина, которую изредка дробило вибрирующее завывание вступающих в резонанс вентиляторов, что гнали теплый воздух через чувствительное к холоду высотное здание. Иногда хором принимались жужжать лампы дневного света, а в трубах начинала глухо клокотать вода. К черту!
Господину Обате не давали покоя эти в общем-то безобидные звуки. Они словно напоминали ему о чем-то или о ком-то… Этакие когти неведомого хищного зверя, осторожно подбирающегося к нему в судорожной, пронизанной звуками тишине. Неприятен был и свет, который сквозь щели в фальшпотолке, словно хлопья мокрого снега, ложился пятнами на стены, на столешницу, на пол. И так по всем конторкам, где трудились во славу «Компьютеров Танади» служащие среднего звена.
Разница между господином Обатой и его коллегами, которым, так же как и ему, посчастливилось разместиться в главном здании концерна, между ним и рабочими с фабрик — одним словом, всеми теми, кто составлял массу среднего класса на планете, — заключалась в том, что остальные давным-давно разошлись по домам. По мнению господина Обаты, разошлись недопустимо рано!.. Взгляните в окно — зимнее солнце еще и не думало укладываться на водную гладь Шакудского моря. Велика причина, что нынче Сочельник, канун христианского Рождества и одновременно Дня Председателя! Даже в такой день вполне уместно поработать сверхурочно… А теперь что? Празднично разодетая толпа, наверное, уже выплеснулась на улицы столицы Хачимана. В других городах планеты жители тоже развлекаются вовсю. Это, конечно, непорядок — господин Обата был ярым приверженцем прежних строгостей, но и он, вздохнув, смирился. Как ни крути, а людям иногда просто необходимо выплеснуть наружу скопившееся в душе мацури (Тоска, ожидание конца чего-нибудь (яп.).(Здесь и далее примеч. перев.)).Если денно и нощно держать их в ежовых рукавицах, добром подобная суровость не кончится. Это господин Обата понимал очень хорошо.
С другой стороны — и здесь господин Обата был вполне солидарен с предыдущим главным управляющим «Компьютеров Танади», маркизом Редмондом Хосойей, — давать поблажки в соблюдении обычаев следовало крайне осторожно. Чрезвычайно взвешенно, после долгих обсуждений. Традиции, обряды, правила поведения, привычки — это то, за что можно и должно умереть, а с такими вещами не шутят.
Он взглянул на хачимаки, которое до сих пор держал в руках. Вроде бы простая полоска белой ткани с черным драконом на фоне красного солнца. Не стилизованная драконья голова, являвшаяся гербом Синдиката, но само древнее чудовище в его традиционном изображении. Чуть дальше призыв, написанный иероглифами в стиле канжи: «Десять тысяч лет Координатору!» — что в переводе на общепринятый язык означало: «Да здравствует Координатор!»
Неужели и этот лозунг для кого-то не более чем пустые слова? Господин Обата почувствовал, как слезы наворачиваются на глаза.
Если дела и дальше пойдут подобным образом, если и впредь толпы шпионов и всяких там агитаторов будут свободно разгуливать по улицам, если служащие по случаю праздника начнут пренебрегать своими обязанностями и уходить с работы сразу по окончании рабочего дня, если обычаи гайджин (Иноземцы, чужаки (яп.)) в конце концов возьмут верх, то вскоре эти слова действительно станут простым сотрясением воздуха. Болезнь зашла слишком далеко.
Господин Обата вышел из-за стола и поклонился изображению дракона, помешенному в рамку и висевшему в одном из углов. Затем зажег палочки благовоний и закрепил их в специальных подставках. Потом положил ритуальную повязку в портфель и снял с вешалки пальто.
