– Я тот, на кого пал выбор, – ответил он, подкручивая ус и стараясь принять возможно более бравый вид, какой и подобает настоящему мужчине, пустившемуся в любовную авантюру.
– Странно, – сказала она. – Я не тебя видела в Зеркале Мира. Тут… какая-то ошибка, наверное?
– Совершенно верно, ошибка, – охотно согласился он, поняв, что ее не обманешь. – Это все вино наделало. В нем какая-то колдовская сила, которая заставляет меня открыть тебе свое сердце, – ведь я так жажду тебя!
Улыбнувшись одними глазами, она снова позвала прислужницу и велела снова наполнить его глиняный кубок.
– Теперь, наверно, будет вторая ошибка, а? – поддразнивая его, заметила она, когда он осушил кубок.
– О нет, королева! – отвечал Торрес. – Теперь в голове у меня полная ясность. И я могу справиться со своим сердцем. Выбор пал на Френсиса Моргана – того, кто целовал тебе руку; он и будет твоим мужем.
– Это правда, – торжественно сказала она. – Именно его лицо я видела в Зеркале Мира и сразу поняла, что он предназначен мне.
Поощренный ее словами, Торрес продолжал:
– Я его друг, самый лучший друг. Ты, которая знаешь все, несомненно, знаешь и то, что за невестой обычно дают приданое. И вот он послал меня, своего лучшего друга, чтобы выяснить, какое приданое у его невесты, и осмотреть его. Тебе должно быть известно, что он один из богатейших людей у себя в стране, где много богатых.
Королева так стремительно вскочила с ложа, что Торрес весь съежился от страха, ожидая удара ножом между лопаток. Однако королева быстро прошла, или, вернее, скользнула к двери, ведущей во внутренние покои.
– Пройди сюда! – повелительно сказала она.
Перешагнув через порог, Торрес сразу понял, что это ее спальня. Но где уж: тут было рассматривать комнату, когда королева сразу подняла крышку тяжелого, окованного медью сундука и жестом подозвала Торреса. Он подошел и увидел нечто такое, от чего кто угодно мог остолбенеть. Да, девочка сказала правду! Сундук был доверху полон бессчетным множеством драгоценных камней – бриллиантов, рубинов, изумрудов, сапфиров, самых редких, самой чистой воды и самых крупных, которые лежали грудой, точно кукурузные зерна.
– Погрузи в них руки до самых плеч, – сказала королева, – и убедись, что это не стекляшки, не плод фантазии и не обманчивый сон, а настоящие драгоценные камни. И тогда ты сумеешь дать точный отчет своему богатому другу, который должен жениться на мне.
И Торрес, чей мозг был воспламенен старым вином, сделал, как ему было сказано.
– Неужели эти стекляшки такое для тебя диво? – подтрунивая над ним, спросила королева. – Ты так на них смотришь, будто перед тобой чудеса несказанные.
– Мне никогда и не снилось, что где-либо на свете может существовать такое сокровище, – пробормотал он, совсем одурев.
– Им нет цены?
– Да, им нет цены.
– Они дороже доблести, любви и чести?
– Они дороже всего. Они могут свести с ума.
– И на них можно купить настоящую любовь женщины или мужчины?
– На них можно купить весь мир!
– Ну, что ты! – сказала королева. – Вот ты мужчина, ты держал женщин в своих объятиях. Так неужели за эти камешки можно купить женщину?
– От сотворения мира женщин покупали и продавали за них. И ради них женщины сами продавали себя.
– А могут они купить мне сердце твоего доброго друга Френсиса?
Только сейчас Торрес впервые посмотрел на нее, кивнул и что-то пробормотал; от выпитого вина и созерцания такого множества драгоценностей глаза его блуждали и дико горели.
– Ты думаешь, твой славный друг Френсис будет так же, как и ты, высоко ценить их?
Торрес молча кивнул.
– И все люди так высоко их ценят? Торрес снова многозначительно кивнул.
Королева рассмеялась серебристым смехом, в котором звучало презрение. Она нагнулась и наудачу захватила пригоршню дивных камней, которым цены не было.
– Пойдем, – приказала она. – Я покажу тебе, как я ими дорожу.
Она провела его через комнату и вышла вместе с ним на галерею, сооруженную над самой водой. Галерея эта опоясывала дом с трех сторон, тогда как четвертая стена его примыкала к скале. У подножия скалы бурлил водоворот, – Торрес подумал, что здесь, видно, и находится то отверстие, через которое вода вытекает из озера, как это и подозревали Морганы.
А королева, поддразнивая его своим серебристым смехом, разжала руку и швырнула бесценные камни в самую воронку водоворота.
– Вот как я ими дорожу! – сказала она.
Торрес был потрясен, он разом протрезвел при виде такого расточительства.
– И они уже никогда не вернутся ко мне! – со смехом продолжала она. – Оттуда ничто не возвращается! Гляди!
И она бросила в воду букетик цветов, который стремительно завертелся, словно двигаясь по спирали, и исчез втянутый водоворотом.
– Если ничто оттуда не возвращается, то куда же все исчезает? – хриплым голосом спросил Торрес.
Королева пожала плечами, но Торрес понял, что ей известна тайна вод.
