Она повернула голову и уставилась в темные глаза Фила. От его взгляда ее сердце забилось быстрее. Девушка хотела отвернуться, и посмотреть снова в небо, чтобы ее возбуждение улеглось, но не смогла оторваться от напряженного взгляда мужчины. А потом лицо Фила оказалось так близко к ее, что она смогла рассмотреть собственное отражение в его глазах.
С бьющимся сердцем, и напряженная от волнения и мыслей в голове, которые были в беспорядке, она лежала и думала: хотел ли Фил поцеловать ее? И хотела ли она целоваться? Да, да! Неожиданно девушка почувствовала тоску по нежности, настолько сильную, что стало больно. «Этого не может быть», – кричал ее разум. – «Не так скоро и не после того, как ты только что рассталась». Но сердце Сины игнорировало все доводы и только сильнее стучало.
– Ты прекрасна, – голос Фила был тихим и удивленным, как будто он сам поражался собственным ощущениям. – Думаю, что я готов очень сильно в тебя влюбиться.
Сина ничего не смогла ответить. Когда Фил опустил голову, она просто закрыла глаза и приняла поцелуй, который вызвал в ней такую бурю эмоций, что у девушки закружилась голова. Она торопливо подняла руки, обняла его за плечи и страстно ответила на поцелуй, который угрожал сжечь ее.
Из-за громкого звонка они в ужасе отскочили друг от друга. Мгновение, они озадаченно смотрели друг на друга, а потом Фил сел и вытащил из кармана своей куртки смартфон.
Когда он подносил его к уху, его рука дрогнула.
– Вагнер, – он довольно долго внимательно слушал, а затем посмотрел на Сину. – Нет, я ни в коем случае, но подождите, я дам вам госпожу Маурер. – Фил протянул девушке телефон, она покачала головой и вопросительно посмотрела на него. – Господин Шмальхубер – владелец стекольного завода, – сообщил он ей. – Он хочет знать, нужно ли ему послать за тобой снегоход. В деревне освободился гостиничный номер, и ты можешь жить там бесплатно.
О, нет! Новость совершенно не понравилась Сине. Здесь, наверху, было так пресно и Фил…
Или было бы лучше, чтобы история закончилась здесь? Но то, что как раз происходило между ними, не могло быть ни чем серьезным. Только маленький роман между двумя разочарованными в любви людьми, сбежавшими на Рождество, которые хотели не только праздника. В конце ее отпуска они разойдутся и никогда больше не вспомнят друг о друге.
– Ну и что? – вызывающе спросила Сина, больше свое сердце, чем кого бы то ни было другого. Даже если ничего из этого не выйдет, здесь, в любом случае, будет лучше, чем сидеть оставшееся время в гостиничном номере.
– Нет, я хочу остаться здесь, – спонтанно решила она.
Улыбка облегчения озарила лицо Фила.
– Вы это слышали, – сказал он в телефон. – Госпожа Маурер хотела бы остаться здесь. Что, простите? – он внимательно выслушал, а затем кивнул. – Вы можете с удовольствием это сделать, господин Шмальхубер, спасибо. Да, вам тоже прекрасного праздника.
– И? – с любопытством спросила Сина после того, как Фил отключил телефон.
– Господин Шмальхубер хочет вернуть нам половину стоимости аренды, – с улыбкой ответил он. В следующий момент мужчина стал серьезным. – Я очень рад, что ты решила остаться здесь. Спасибо.
– И я рада, что мы сможем вместе отпраздновать праздник, – тихо ответила Сина. При этом ее глаза засветились так, что Филу было уже не устоять. Он просто должен был поцеловать ее еще раз.
Наконец, рука об руку, они вернулись в хижину, где их окутало приятное тепло. Украшенное дерево источало рождественский пихтовый аромат, а по радио детский хор пел «Снежинки» (
Глава 7
Это был один из самых прекрасных праздников Рождества, которые когда-либо праздновала Сина. В рождественский сочельник они вместе готовили, ели при свете свечей и слушали рождественскую музыку. И они любили друг друга, страстно, бурно, с силой, от которой Сина каждый раз была совершенно запыхавшейся и истощенной от счастья.
Были гармоничные, спокойные дни, которые пара просто проживала вместе. Здесь, наверху, в совершенной уединенности высоких заснеженных гор, у них было время познакомиться друг с другом и рассказать о своей жизни или поговорить о вещах, которые их интересовали, которые они любили или отвергали. Они также говорили о рухнувших отношениях и о том, чего, собственно, ожидали от своих экс-партнеров. Они откровенно говорили обо всем, даже о совершенно не существенных вещах – только о теме отъезда или о том, что будет после этого, не было сказано ни слова.
