— А у нас принято представляться, когда с кем-то знакомишься. — Я насильно схватила ее холодную, шершавую ладонь и крепко пожала. — Будем знакомы, Ирма? Тебя приставили следить за мной, так ведь? Тогда можно попросить принести в комнату щелок и мыльную пену для волос. Очень помыться по-человечески хочется.
Губы девушки были крепко сжаты, но уголки все-таки дернулись от едва сдерживаемой улыбки.
— К слову, я тут тоже вроде служанки, — вздохнула я, отпуская руку новой знакомой. — Только мне денег не платят.
До столовой мы дошли в молчании. Ирма открыла передо мной дверь в просторный зал с огромным камином и светлыми стенами. За длинным сервированным столом практически не осталось мест.
— Здесь проходят трапезы у артефакторов, алхимиков и знахарей. Слуги едят в другом здании.
— Угу.
Судя по всему, девушки в этой столовой тоже не ели, а только прислуживали. Мне придется завтракать, обедать и ужинать в огромном зале, полном мужиков. Приятного аппетита, тихоня Лерой.
— Спасибо, Ирма, — улыбнулась я хмурой проводнице, но только хотела отойти, как она меня остановила.
— Госпожа, скажите, запах, какого мыльного щелока вам нравится? Лавандовый, яблочный…
— Запах того щелока, который тебе не придется самой варить, — перебила я горничную. И мне не показалось, она действительно снова едва-едва не улыбнулась.
Места в столовой были распределены давно, и новеньким приходилось пристраиваться абы куда. Я решительно шагала к свободному месту и делала вид, будто меня вовсе не беспокоило, что мужчины выразительно прекращали и жевать, и говорить, стоило пройти мимо.
— Отличная задница, — ухмыльнулся кто-то вслед.
— Не поперхнись от зависти, — сухо парировала я, хотя мысленно прокляла неприлично обегающие портки, и скользнула на свободный стул.
Шустрая служанка поставила передо мной глубокую тарелку с молочной овсяной кашей и налила в чашку кофе, от запаха которого хотелось сморщиться. Однако ложка, только-только лежавшая на салфетке, испарилась.
— Это ты? Девочка-самоучка? — заставил меня повернуться сосед справа.
Он держал утащенную ложку и самодовольно ухмылялся. Четыре года учебы на артефакторном факультете доказали мне, что мужчины, порой, сплетничали и злословили похуже женщин. А еще очень любили помериться длиной, величиной и идеальной формой всего, что можно было сравнить или измерить.
— Как твое имя, светлая феечка? — приставал он.
Сердце испуганно екнуло. Некоторое время я смотрела в темно-карие, похожие на переспелые вишни глаза насмешника, пытаясь разгадать, не прячется ли за шутливым прозвищем тонкий намек на толстые обстоятельства, но, похоже, сосед просто пытался издеваться. Я отвернулась и остановила проходившую мимо прислужницу:
— Принести, пожалуйста, приборы.
— Я Питер, — не унимался парень, потом указал на взрослого мужчину, сидевшего напротив:
— Вот он Алек. Это Буз, а тот бородатый тип…
— Лерой! — перебила я перечисление имен. — Лерой Харрис. Теперь я могу поесть?
— Приятного аппетита, — ухмыльнулся он, протягивая ложку.
— Оставь себе. Не уверенна, что ты ее не облизал.
Я дождалась, когда мне подадут чистые приборы и принялась есть. Под перекрестьем чужих взглядов руки казались ужасно неловкими, а каша вставала в горле комом. Для человека, закаленного университетской трапезной, я была слишком чувствительна к чужому, пусть нежеланному, вниманию.
Неожиданно столовая взбурлила, атмосфера как будто изменилась. Только-только народ спокойно разговаривал, как вдруг страшно напрягся. Не сдержав любопытства, я оглянулась и обнаружила приближавшегося Кайдена. В руке он держал металлический термос. Следовало отвернуться и продолжить завтрак, но я смотрела, как завороженная. Хищная грация, расслабленные движения, холодный взгляд — абсолютно все заставляло меня цепенеть.
Не потрудившись поздороваться, он занял пустующее место рядом со мной. С непроницаемый видом забрал чашку с кофе и поставил термос. На металлическом боку артефакта поблескивала руна «тепло».
— Травяной чай, — коротко объявил нежданный гость.
— Спасибо, — пробормотала я и попыталась отвернуть крепко закрытую крышку.
— Давай, помогу.
Кайден забрал термос и легкостью открыл. Из сосуда, сохранявшего тепло или холод, в зависимости от того, какую руну пробуждали, шел ароматный, пахнущий мятой дымок.
— Пей осторожно, — последовало предупреждение. — Он горячий.
Видимо, появление Кайдена в общей столовой было явлением редким, не сказать единичным. Разговоры стали тише.
— Питер? — кивнул он достававшему меня парню. — Как продвигаются дела с моим заданием?
— Отлично, господин Вудс, — смешался тот, явно оказавшись безоружным перед неожиданным вопросом. — Скоро все будет готово.
